Провалившийся шпион Альфред Редль

О.БУЛАНОВА

Германская разведка (которую в ХХ в. по-прежнему считали непревзойденной в Европе) заполонила своими резидентами восточные департаменты Франции и западные губернии России. Также она составляла обширную картотеку, включавшую десятки тысяч имен жителей других стран, которых можно было бы завербовать.

Английская разведка делала упор не на количество, а на качество информации, которая должна была освещать главное и основное, не рассеивая внимания на мелочи. Французская сосредоточивала главные усилия против основного противника — Германии. В целом она не могла похвастать особыми успехами; правда, бывали и исключения.

Русская разведка сумела еще в 1904 г. добыть знаменитый план Шлиффена. Он был передан французам, но там его сочли фальшивкой. Ведь план предусматривал нарушение нейтралитета Бельгии, что вызвало бы вмешательство Англии. А в Берлине любой ценой хотели бы не допустить присоединения Англии к Франции и России.

Австрийский штаб в течение ряда лет командировал в Россию для стажировки специально отобранных офицеров. Они должны были изучать страну и русский язык. Русская разведка не возражала. Но в Вене не знали, с каким успехом удавалось спаивать австрийцев, вводить их в долги и перекупать «на корню».

Это была прелюдия к истории, вполне достойной детективного романа, истории, в которой неполученные письма до востребования, потерянный футляр от перочинного ножа и неудачный футбольный матч привели к раскрытию и обнародованию тайны.

Итак, 26 мая 1913 г. газеты, выходившие в Австро-Венгрии, опубликовали два сообщения, не имевшие никакой связи между собой. Первое извещало о неожиданном самоубийстве полковника Альфреда Редля. Далее сообщалось о предстоящих торжественных похоронах офицера, павшего жертвой нервного истощения, которое было вызвано многими неделями бессонницы.

Второе касалось матча двух любительских команд Праги. Неожиданное поражение, которое потерпела команда «Шторм-1», привлекло внимание лишь газеты «Прагер тагеблатт». И, однако, небольшому отчету о матче суждено было не только отменить уже назначенные торжественные похороны, но и раскрыть государственную тайну, которую отчаянно пыталось сохранить официальное агентство печати.

Горечь, с которой пражская газета сообщала о поражении «Шторма-1», была объяснима. Ведь автор отчета являлся одновременно капитаном этой команды. Он считал, что проигрыш был результатом отсутствия двух сильных игроков.

От одного из них, Вагнера, слесаря по профессии, капитан команды узнал, что тот отсутствовал по уважительной причине: из дома его забрали офицеры и увезли в очень богатый пражский дом крупного военного, который в этот день умер в Вене. В доме уже находились начальник пражского корпуса и прибывшие из Вены чины. Вероятно, они искали завещание, т.к. Вагнеру было приказано взломать все замки в доме. Было извлечено большое количество бумаг, военных планов, фото, а также много денег.

Часть бумаг была написана по-русски. Содержание найденного буквально ошеломило офицеров, которые даже не пытались скрыть своего ужаса. Больше ничего Вагнер не знал, но и этого было достаточно, чтобы в футбольном капитане проснулся газетчик. Он вернулся в редакцию, где ему на глаза попалось сообщение о самоубийстве Редля.

Все сложилось: написанные по-русски бумаги, военные документы, поспешный обыск в присутствии командующего корпусом и прибывших из столицы офицеров. Объяснение могло быть только одно: Редль оказался шпионом России.

Конечно, нечего было и думать о том, чтобы опубликовать это известие. Но австрийским журналистам было не занимать опыта владения эзоповым языком, и на другой день в «Прагер тагеблатт» была помещена небольшая заметка, сразу превратившаяся в крупнейшую сенсацию. «Одно высокопоставленное лицо, — говорилось в заметке, — просит нас опровергнуть слухи, распространяемые преимущественно в военных кругах, относительно начальника штаба пражского корпуса полковника Редля, который … покончил самоубийством в Вене в воскресенье утром. Согласно этим слухам, полковник будто бы обвиняется в том, что передавал … России военные секреты. На самом же деле комиссия высших офицеров, приехавшая в Прагу для того чтобы произвести обыск в доме покойного, преследовала совсем другую цель».

До напечатания заметки в тайну были посвящены лишь десять высших офицеров Австро-Венгрии. Ее скрыли даже от императора Франца-Иосифа. После публикации тайна стала известной всему миру. Однако многие важные подробности всплыли на свет только после распада в 1918 г. лоскутной Австро-Венгерской империи.

Разоблачение Редля было делом случая. В начале 1913 г. из небольшого городка в Восточной Пруссии близ русской границы на главпочтамт Вены прибыло письмо до востребования. Затем еще одно, и еще. Адресат не пришел, и письма были отправлены обратно, но перед этим вскрыты. В них обнаружились банкноты на многие тысячи крон и два адреса, оба хорошо известные австрийской контрразведке как «почтовые ящики» для шпионов различных стран. Несомненно, что деньги представляли собой плату за шпионскую работу.

Как же поймать адресата, который не приходил за письмами больше двух месяцев? Была установлена слежка и проведена сигнализация от окна выдачи на главпочтамте до полицейского управления. И надо ж было так случиться, что в тот момент, когда адресат пришел за письмами, в полицейском участке никого не оказалось. С опозданием прибывшие на место полицейские смогли заметить только номер такси, на котором уезжал получатель.

Таксист был найден и допрошен. Оказалось, что он отвез пассажира в кафе «Кайзерхоф». Там удалось выяснить, что схожий по приметам человек отправился в отель «Кломзер». Кроме этого, в такси был найден футляр от перочинного ножа. Не очень верный след, но все же швейцару отеля было поручено опросить постояльцев, не теряли ли они футляр. От него же стало известно, что за последний час на такси в отель прибыло по крайней мере четверо, в их числе проживающий в отеле полковник Редль.

Этот разговор был прерван появлением самого полковника. Сыщики сразу же узнали восходящую звезду генерального штаба, долгое время возглавлявшего разведывательную службу Австро-Венгрии.

На вопрос швейцара, не терял ли он футляр, Редль ответил утвердительно, но тут же смертельно побледнел: он вспомнил, где он его потерял. И стремительно вышел на улицу. Двое агентов последовали за ним, а один бросился звонить статскому советнику Гайеру. Гайер поставил обо всем в известность начальника контрразведки капитана Ронге. Тот вспоминает: «Услышав, что многолетний член нашего разведбюро, военный эксперт на многочисленных шпионских процессах разоблачен как изменник, я прямо-таки окаменел».

Вскоре детективы принесли обрывки записок, спешно разорванных и выброшенных Редлем. Когда восстановили текст, отпали последние сомнения. В них был указан ряд «почтовых ящиков», доказывавших связь Редля не только с Россией, но и с Францией и Италией.

Ронге, когда писал об испытанном потрясении от предательства Редля, нисколько не преувеличивал. Редль принадлежал к числу офицеров, делавших быструю карьеру в австро-венгерской армии, причем вся его служба была связана со шпионажем. Он работал в разведке с 1900 г. и ввел ряд полезных усовершенствований.

Работники австрийской разведки считали Редля своим учителем и образцом, составленная им секретная инструкция «Советы по раскрытию шпионажа» была настольной книгой для его преемников. От Редля у австрийского генштаба не было тайн. А это означало, что не было тайн и от вражеских разведок!

Тем временем Редль бродил по улицам Вены, обдумывая свое положение. Вскоре ему все стало ясно: за ним по пятам следовали сыщики. Редль возвратился в «Кломзер».

Пока Ронге докладывал по инстанциям и получал санкцию на арест, Редль встретился в отеле со своим другом Виктором Поллаком, прокурором Верховного кассационного суда, совместно с полковником выступавшим на процессах иностранных шпионов, и отправился с ним в ресторан. Чтобы подслушать их разговор, один из агентов в костюме официанта стал прислуживать посетителям. Однако Редль предпочитал говорить, когда официант выходил.

Редль признался Поллаку, что для удовлетворения своих извращенных наклонностей ему приходилось добывать много денег, о душевных расстройствах, о том, что стал невменяем и не отвечает за свои поступки. Однако не упомянул о своей шпионской деятельности. Поллак позвонил Гайеру, сообщив о разговоре и о том, что Редль, видимо, страдает серьезным психическим расстройством.

В половине двенадцатого Редль вернулся в отель, оцепленный полицией. К нему вошли четверо офицеров. Редль отказался отвечать — все материалы можно будет получить в его пражской квартире. Он попросил (или ему предложили) револьвер. Офицеры ушли.

Чуть позже пяти швейцара разбудил телефонный звонок: неизвестный требовал Редля к телефону. Швейцар зашел в номер, увидел мертвое тело и поднял тревогу. Рядом с убитым лежала записка, в которой Редль сообщал о решении покончить жизнь самоубийством в расплату за свои грехи.

Власти пытались скрыть причины самоубийства, изобразить его как полную неожиданность. Было дано «маскировочное» сообщение в СМИ, начата подготовка к торжественным похоронам, которые так неожиданно были сорваны проигрышем «Шторма-1».

Специальная комиссия начала лихорадочно определять размеры ущерба, нанесенного Редлем, выяснять, что из военных секретов Австро-Венгрии попало через него в руки иностранных разведок.

Сначала всячески старались преуменьшить размеры деятельности Редля. Эту линию продолжал и Ронге в своих мемуарах, пытаясь задним числом спасти престиж австрийской контрразведки.

Имелась и другая крайность — представить Редля могильщиком Австро-Венгрии. Он, мол, с одной стороны, дезинформировал Вену о состоянии русской армии, преуменьшал ее мощь и тем толкнул ее на проведение авантюристической политики, вызвавшей военный взрыв; с другой стороны, выдав все военные планы Австрии, серьезно ослабил ее армию и предопределил последующее поражение австрийских войск в мировой войне.

Конечно, все это крайние преувеличения: не из-за дезинформации Редлем венского правительства вспыхнула мировая война, да и не состояние австрийской армии было главным фактором, определившим ее исход.

Шпионская деятельность Редля длилась более десяти лет — с 1902 г. Он получил за нее сотни тысяч крон, и выданные им секреты стоили того. Правда, положение Редля было не из легких. Для укрепления своего престижа он должен был ловить шпионов и в то же время не мог раздражать своих нанимателей. Приходилось лавировать — сдавать ставших ненужными России шпионов, как, например, бывшего военного прокурора З.Гекайло.

По материалам Е.Черняка и сайта samoupravlenie.ru