Баку — место казни апостола Варфоломея?

О.БУЛАНОВА

Как известно, в Баку советской властью в угаре борьбы с религией была разрушена часовня св. Варфоломея, которая стояла у подножия Девичьей башни.

По легенде, апостол Варфоломей, один из двенадцати учеников Христа, прибыл с проповеднической миссией в город под названием Агбака, проповедовал там и в 71 г. н.э. принял мученическую смерть.

В православной традиции принято этот город, который называют еще Албана, Арепан, Урбанаполь, Албанополис, отождествлять с Баку. Более того, апостола Варфоломея называют святым покровителем Баку.

В предполагаемом месте его страшной казни 14 сентября 1892 г. в день праздника Воздвижения креста Господня была освящена построенная незадолго до этого часовня. Автор проекта — архитектор И.В. Эдель.

Православная церковь гордилась и гордится, что в Баку проповедовал сам апостол Варфоломей, что слово Благовестия, пронесенное учеником Христа через Малую Азию и Индию, было донесено до берегов моря Хвалынского (так называли тогда Каспий) и первые христиане появились на этих берегах уже в I в. н.э.

Это предание настолько популярно, что его приводят даже гиды, замечая при этом, что Баку в первые годы новой эры был, видать, уже большим городом, иначе какой смысл сюда ехать, чтобы проповедовать новое учение? Таким образом наличие в Баку Варфоломея косвенно подтверждает, что Баку гораздо древнее, чем принято считать.

В принципе, все это можно принять на веру и гордиться данным преданием, которое Православная церковь представляет как исторический факт. Можно бы, да вот как быть с логикой? Чтоб понять, что с логикой в этом предании как-то не очень, следует получше изучить если не реально исторические, то хотя бы православные письменные источники, которые зачастую противоречат сами себе.

На эти противоречия обратил внимание историк Аббас Исламов.

«По многим причинам есть все основания полагать, — пишет историк, — что казнь апостола Варфоломея никак не могла произойти в Баку и тем более у стен Девичьей Башни. Похоже, что легенда была некогда выдвинута без малейшего анализа вероятности совпадения координат, предлагаемых свидетельствами, со старым городом и его древним храмом». (Храмом А.Исламов называет Девичью башню, которую отождествляет с храмом, посвященном солнечному божеству и таинству его возрождения.)

Итак, что мы имеем? Легенда гласит, что Варфоломею выпал жребий проповедовать Евангелие на территории Сирии и Малой Азии вместе с Апостолом Филиппом. Потом он должен был отправиться в Индию. Сведений о его маршруте крайне мало, но и те, что есть, позволяют сделать кое-какие выводы.

Прежде всего, речь не шла о стане на полуострове Индостан. Под «Индией» жители Палестины и восточных провинций Римской империи подразумевали огромную территорию, включавшую Эфиопию, Мидию, Персию и страну за нею к востоку «уходящую во мрак и океан», т.к. считалось, что за «Индией» больше нет земли.

Именно в пределах этой территории, по свидетельству писаний отцов латинского христианства, Якова де Ворагина, архиепископа Генуи, и других Варфоломей остановился у языческого храма, посвященного богине Аштарот. Это исключительно важный момент в вопросе, мог ли быть Баку местом его казни.

Важно, что ни в одном из источников не упоминается Каспийское (Гирканское) море. Храм Аштарот мог находиться на крайних западных участках этого огромного региона, сопоставимых с сегодняшней Сирией или Ливаном; он мог находиться на крайних северных землях, где-то в районе северного Ирана или в восточной Турции.

Но одно абсолютно бесспорно — это никак не могла быть восточная окраина Большого Кавказского хребта, где на полуострове, выдающемся далеко в море, находится Баку с Девичьей Башней. Большой Кавказ и Абшеронский полуостров никогда не относились к региону античной «Индии».

Да и о культе этой богини нет абсолютно никаких сведений применительно к Кавказской Албании. А ведь Варфоломей — согласно православным источникам — «вступил в храм», «поселился в храме» под видом паломника.

Аштарот/Иштар — одна из наиболее выдающихся фигур древнего пантеона богов, столь значительная, что она занимала главенствующее положение в религиозной жизни многих народов и стран Древнего мира. Ей поклонялись и в ее честь возводили храмы в Вавилоне и Греции, Ассирии и Канаане, Финикии и Египте… Так что его посещение «храма» произошло крайне далеко от Абшерона.

А вот про Армению источники (армянские) упоминают. Так, Ипполит Портуенский (ок. 222 г.) пишет: «Варфоломей, после проповеди индийцам и изложения им написанного Матфеем Евангелия, был также распят вниз головой в Албане, городе Великой Армении».

Моисей Хоренский (до IV в.) сообщает: «затем в Армению пришел апостол Варфоломей, который принял мученическую смерть среди нас в городе Арепан». Все последующие упоминания Армении и города, в котором состоялась казнь апостола, основаны, по-видимому, на ссылках именно на эти ранние сведения.

Причем в ранних источниках нет ни малейшего намека на то, что город этот находился в Кавказской Албании. К тому же вряд ли названия Арепан, Агбак или Урбан дают основания для того, чтобы считать этот город албанским, даже взяв за основу слово «албан».

Но по всей вероятности именно это и произошло, поскольку в православных источниках ставка была сделана на топоним «Албан» и его греческую версию «Албанополис».

Эти же православные источники все как один повторяют одно и то же утверждение: «этот город отождествляется с современным Баку». Т.е. с городом, находящимся не где-то к западу от Каспийского моря, а расположенному буквально на его берегу, на южной стороне полуострова, выдающегося далеко в акваторию Каспия. Иными словами трудно придумать более тесный контакт населенного пункта с морем.

Так почему же многотомные архивы латинской церкви пренебрегли столь очевидным географическим фактом и ни разу в сведениях о Варфоломее не упоминают Гирканское (Каспийское) море, столь хорошо известное Риму?! Не естественно ли предположить, что это произошло именно потому, что апостол никогда здесь не был?

Обратимся теперь к источникам, упоминающим приход Варфоломея в Армению. В этом вопросе большой интерес представляют материалы, позволяющие с большой точностью очертить пределы Римской империи, в состав которой входила так же и географическая территория, называвшаяся Арменией.

Годы, когда был казнен Варфоломей, были периодом наибольшего расцвета Рима, и богатая информация, дошедшая до наших дней о землях, составлявших ее восточные провинции, с их точным описанием и тщательно составленными картами, позволяют воспроизвести очертания ее границ.

Как материалы о Римской империи, так и сведения о границах самой Армении рассматриваемого периода, бесспорно, свидетельствуют о том, что каких бы размеров ни рисовалась армянскими «историками» карта Армении, но даже в самых растянутых и преувеличенных масштабах граница этой территории не пересекает реки Куры. Иными словами, ни Абшеронский полуостров, ни Баку никак не могли находиться в пределах восточных провинции Римской империи 2000 лет назад.

Интересно было бы обратиться и к архивам той церкви, основоположником которой считается сам апостол Варфоломей, т.е. к Армянской Апостольской Церкви. Версия жития св. Варфоломея по армянской церковной традиции гласит, что апостол проповедовал на территории Армении около 8 лет и последним местом его пребывания в Армении перед самой казнью был город Агбак (нынешний Башкале в Турции), где он и принял мученическую смерть.

«Осмелимся предположить, — пишет А.Исламов, — что именно так в первоисточнике и звучало название города. Ведь не зря в «Житиях» армянской церкви подчеркивается, что «Албанусом его называют зарубежные источники».

Более того, Армянская церковная традиция уверена, что Варфоломей был погребен в том же городе, где состоялась жестокая казнь. Именно поэтому в Агбаке (позднее Башкале) в IV в. был построен монастырь, который и поныне там, хотя и частично разрушенный. Там же находится и надгробие с эпитафией: «Сие есть место упокоения Варфоломея святого апостола, первого просветителя Армянской страны».

Странно, что наличие таких исторических памятников и такого количества письменных свидетельств не признается РПЦ, продолжающей настаивать на том, что смерть Варфоломея произошла за тысячу километров к северу — в Баку, городе, который без каких-либо оснований отождествляется с городом, находившимся на территории античной Армении и который греки называли Албанополис.

Но внимательное прочтение информации, предоставляемой как латинскими, так и православными церковными источниками дает достаточно оснований для того, чтобы преодолеть противоречивые моменты и точнее локализовать вероятное место казни Варфоломея.

Определенные выводы можно сделать также при более пристальном изучении «греческого» следа, оставленного в преданиях. Заслуживает внимания многократно повторенная в различных свидетельствах информация о храме Аштарот/Иштар в Армении, куда пришел проповедовать Варфоломей.

Как указано в писаниях «Отцов Анте-Никен», служителями в этом языческом храме были греки. И это очень похоже на историческую правду, т.к. достоверно известно, что в Греции некогда процветал культ Аштарот (в греческой традиции Астарте).

Естественно было бы предположить, что представители института жрецов из Греции могли присутствовать и в других храмах Аштарот, в данном случае в Армении. Почему это так важно? Потому что присутствие греков, служителей языческих храмов, в восточных окраинах Римской империи в самом начале новой эры — явление вполне естественное, учитывая, что вся империя была языческой и поклонялась десяткам разных богов, происхождение которых уходит корнями все в тот же древнегреческий пантеон.

Но в истории нет никаких сведений, даже мифологических, о том, что в самом начале эры в каких-то языческих храмах на Апшеронском полуострове служили греки.

Кстати, официальная история не знает царя Армении по имени Полимий (Полимиус), при котором по легенде и состоялась казнь апостола. Это имя присутствует только в церковных преданиях. Но тем более в истории не было царя с подобным именем, правившего в Кавказской Албании в I в. н.э.

Почти во всех источниках латинской церкви имена царя Армении и его брата (тоже царя) записаны как Полимиус и Астрегес (не Астиаг, как в православной версии). Вполне возможно, что присутствие эллинистических имен вовсе не случайное явление.

Ведь речь идет о восточных провинциях Римской империи, в которой эллинизм всегда был в почете. Местные правители вполне могли быть ставленниками Рима из тех же греков, преданно служивших своим единоверцам. Тогда становится более понятным, почему при Полимиусе и Астрегесе жреческая община в Агбакском храме Аштарот в Армении была представлена греками.

Однако Православная Церковь продолжает настаивать на том, что город Албан (Агбак) и город Баку — одно и то же. Но в этом предположении кроется серьезное противоречие. Одним их главнейших источников, на который в основном ссылаются толкователи истории от православной церкви, является знаменитый, фундаментальный и наиболее часто цитируемый труд «Жития Святых», автором и составителем которого был святитель Дмитрий, митрополит Ростовский и Ярославский (1651-1709).

Но в оригинальном тексте книги, в части, посвященной Варфоломею, Д.Ростовский ни единым словом не упоминает Кавказскую Албанию, а сообщает все ту же известную версию, что «из Индии святой Варфоломей отправился в Великую Армению».

Современные корректоры рядом с каждым упоминанием города Албан старательно вписывают комментарий — «нынешний город Баку», не замечая или не желая замечать возникающего при этом противоречия.

«Ссылки же на то, что Девичья башня была тем самым языческим храмом, в котором могли поклоняться богине Аштарот, не выдерживает никакой критики. Во-первых, потому, что, как было отмечено выше, в Кавказской Албании никогда не было культа Аштарот и, естественно, не было ее храмов. Как, например, не было и не могло быть храмов греческой Артемиды в Якутии», — пишет А.Исламов.

Наблюдая чудеса исцеления, творимые Варфоломеем, «идольские жрецы вознегодовали на святого апостола, тяжко печалясь о том, что их боги уничтожались, идолослужение исчезало, и капища их, откуда они получали пропитание, приходили в запустение».

Обратившись с жалобами к брату царя Астиагу, жрецы требовали казни Варфоломея. Астиаг же, «улучив удобное время, схватил святого апостола и в городе Альбане распял его на кресте головой вниз». Как видим, в наиболее часто цитируемом и фундаментальном труде, на который ссылаются православные источники в вопросах о Варфоломее, говорится только об идолах, идолослужении, идольских жрецах и капищах.

«Жития Святых» ни единым словом не упоминает о храме или о храмах. А капище — это не храмовое строение, а просто место, где стоят идолы (от старославянского «капь»).

Итак, в труде классика православной церковной историографии не говорится об Албании, не говорится о храме и не упоминается Каспийское море. Откуда же взялись утверждения, что «свидетельства» якобы указывают на Баку?

История Варфоломея имеет продолжение, которое лишний раз подтверждает, что идея о казни апостола в Баку у подножия Девичьей башни возникла в результате чьей-то субъективной, случайной, но, скорее, преднамеренной правки.

И если легенды и мифы берутся за основу для построения теорий, входящих затем в анналы официальной христианской истории, то следует обратить самое серьезное внимание на предание о «Перенесение честных мощей святого апостола Варфоломея».

По преданию, даже после погребения останков апостола в оловянной раке чудеса исцеления продолжали совершаться вблизи от нее. Число обращающихся в христианство продолжало расти, что приводило в бешенство жрецов.

«Дойдя до крайней степени вражды и ярости, сии слуги диавола взяли упомянутый оловянный ковчег с мощами и бросили его в море, намереваясь потопить его во глубине морской».

В конце этой строки современные православные корректоры по только им одним известной причине добавляют ссылку — «нынешний Баку», подразумевая, очевидно, что «глубина морская» — это Каспий.

Но дальнейшее повествование подробно описывает маршрут плавания ковчега, составленного на основе данных из «Жития Святых», и не оставляет никаких сомнений в том, что морем, в которое он был брошен, могло быть только Черное.

«Плавая чудесным образом по морю» ковчег прошел по «Босфору Фракийскому в Пропонтиде», затем проплыл «через Геллеспондский пролив (Дарданеллы)», пересек «моря Эгейское и Ионийское» и, наконец, достиг Сицилии. Здесь, «оставив Сиракузы по левую сторону», ковчег «направился к западу и приплыл к острову Липаре». Очень точное, с точки зрения географии, описание, позволяющее безошибочно прочертить весь путь ковчега.

Любому здравомыслящему человеку ясно, что подобный маршрут физически невозможен из Каспийского моря, не имевшего никакой связи с Черным и Средиземным морями. Церковники любят утверждать, что «все возможно по воле Божьей», однако в предании не говорится о полетах по воздуху или чудесах телепортации. Речь идет о непрерывном и длительном процессе плавания ковчега, начиная с момента его попадания в море.

Другой момент. Язычники хотят утопить раку. Повезут ли они ее к морю в чужую, недружественную страну, на неизвестные берега, находящиеся далеко за пределами Империи? Конечно, нет! Утопят в своем родном море. Таким образом, только Черное море, находившееся в границах Римской империи (как и вся Армения), могло быть тем морем, в которое бросили раку.

Можно привести еще множество аргументов в пользу того, что казнь Варфоломея никак не могла произойти в Баку. Например, совершенно безосновательна версия, что Девичья башня стояла на газовых источниках, горевших в ней «вечными огнями», и потому была неким идеологическим центром язычников в регионе. Из этой версии делался вывод, что только сюда могли привезти на казнь апостола.

Выдумка о ступенях зороастрийского «капища Арта» в Баку, возле Девичьей башни, на которых якобы распяли Варфоломея (свидетельствует о полном незнании зороастрийской религиозной традиции) — поистине уникальное мифологическое явление и существует оно только в православной среде.

Например, по мнению бельгийского историка христианства, византиниста и востоковеда Мишеля ван Эсбрука под Альбаной понимается понтийский город Никополь. Другие версии тоже имеются, но среди них нет ни одной, упоминающей Каспий и Баку.

«Уже доказано, что под Девичьей башней никогда не было источников природного газа и в ней никогда не горели газовые огни. Девичья башня являлась храмом, посвященным солнечному божеству и таинству его возрождения. Она была мастерски спроектирована для работы с перемещениями солнца и солнечным светом в период зимнего солнцестояния, но это уже другая тема, которой были посвящены специальные исследования», — пишет А.Исламов.

Более того, в мировой истории сохранилось несколько названий Баку, начиная со времен начала новой эры, но в ней нет свидетельств, что Баку когда-либо носил греческое название Албано-«полис».

Мог ли он вообще быть «полисом» 2000 лет назад в греческом понимании этого слова? Ведь слово «полис» было титулом и означало не просто город, а город-государство, обладающий политической независимостью и правами. Будь Баку полисом, такое явление не могло пройти незамеченным в истории Кавказской Албании.

Баку же в то время был небольшим поселением вокруг храмового комплекса древнейшей религиозной традиции, в центре которой стоял сиятельный образ Солнца. Главными городами Албании того периода были Дербент, Габала, Ганджа, Барда, Шеки. Причем, если говорить о «религиозном и политическом центре», то на эту роль, по мнению большинства исследователей Кавказской Албании, претендует древний город Габала.

В чем же была причина столь настойчивой сосредоточенности именно русской Православной Церкви на вопросе, как притянуть и увязать греческое название «Албанополис» с городом Баку? Случайно ли, что внесение ссылок в тексты свидетельств и «Жития Святых» совпадает с началом XVIII в.? Аббас Исламов считает, что совсем неслучайно.

Ведь именно в это время начинает набирать силу колониальная политика Российской империи в отношении Кавказа и Закавказья. Возможно, нацеленность на региональные ориентиры диктовала необходимость создания своего рода духовной святыни, находящейся в землях, где предполагалось ведение войн, захват территорий и кровопролитие.

Истории известны подобные примеры. Страны средневековой Европы, разоренные войнами и междоусобицами, объединялись для захватнических набегов на Восток под религиозными лозунгами освобождения Гроба Господня из рук «неверных».

Эта идеологическая подоплека была использована для организации восьми Крестовых походов, каждый раз завершавшихся необузданными грабежами городов и храмов и захватом территорий. Во Франции, традиционно игравшей ведущую роль в этих событиях, долгое время была популярной поговорка: «Если у короля пустеет казна — жди крестового похода».

Возможно, капитан российского военного корабля, приказавший в XIX в. открыть огонь по Девичьей башне, так же находился во власти идеологического гипноза и считал, что он мстит древнем храму за святого апостола?

Старый Баку не представлял абсолютно никакой военной угрозы хорошо оснащенному и вооруженному флоту Российской Империи. Которая к этому времени уже отобрала морское господство у таких могучих соперников, как Швеция и Турция. Некоторые историки говорят, что обстрел производился наугад, с целью устрашения.

Однако поверить в это трудно, поскольку устрашить мирное население можно было бы и холостыми залпами. Однако несмотря на использование всего нескольких снарядов древнейшая Бакинская мечеть и Девичья башня получили повреждения. Это свидетельствует о прицельности огня.

(Шрам на теле древнейшего памятника Азербайджана, оставленный снарядом, был устранен только в 1960 г. во время реставрационных работ.)

Какими убеждениями руководствовался при этом капитан и его канониры? Только ли выполнением приказа об «устрашении»? Не придавала ли им уверенности более глубокая идеологическая причина — призрак духовной святыни?

Как пишет Аббас Исламов:

«Вопрос об установлении истинного места расправы, учиненной над апостолом, важен прежде всего потому, что этого требует историческая справедливость. Храм над местом казни должен находиться над подлинным, а не над вымышленным местом.

Ведь нельзя же строить храм на месте казни апостола Андрея в Париже, если она состоялась в греческом Патрасе, или возводить храм над местом мученической смерти апостола Марка в Дамаске, если он был убит в Александрии?!

В заключении хотелось бы еще раз отметить, что сумма свидетельств, дошедших до нас через века, подсказывает, что апостол Варфоломей пострадал за веру именно там, где в память об этом событии уже в IV в. был воздвигнут монастырь, т.е. в восточной Турции.

Разумеется, иметь покровителем города, в котором ты живешь, одного из святых апостолов Христа большая честь, но, согласитесь, бакинцам будет все же отрадно узнать, что Девичья башня, светлый храм возрождения Солнца, древнейший памятник азербайджанского народа, не имеет никакого отношения к изуверской казни, происшедшей за тысячу верст от города Баку».

Loading...