История появления брюк

bryuki

О.БУЛАНОВА

Итак, что такое брюки? Представить себе мужчину без рубашки можно, без пиджака — тоже можно, без галстука — тем более можно. Можно даже и без обуви. А вот без брюк? Получается, что именно брюки — это то, что делает мужчину мужчиной. В визуальном смысле, конечно. Брюки стали символом мужественности, мобильности и независимости. Недаром есть поговорка, аналогичная поговорке «Кто в доме хозяин?» — «Кто в доме брюки носит?». Брюки стали даже символом мужчины как такового. «Зачем мне в доме брюки?» или «Я еще брюк не стирала!», — говорят феминистки и мужененавистницы.

Что такое брюки и откуда они взялись, выясняют не только историки, археологи и модельеры и исследователи моды, но и филологи — последние пытаются проследить историю брюк, изучая древние языки и рассматривая их изменения. Нашу историю о брюках мы по традиции начнем с этимологических изысканий и для начала возьмем Словарь латинского языка. Хотя нет, для начала расскажем о варварах. Потому что латинский язык в любом случае изменился после нашествия на Древний Рим этого дикого, но могучего племени. Варвары брюк, конечно, не знали, а носили банальные штаны.

Уже в древнеримских летописях мы находим упоминания о варварах как о кочевом народе, которые облачены в «жуткую» одежду, закрывающую ноги. Почему «жуткую»? Потому что благородные римляне ног не закрывали, но об этом позже. Кочевыми народами были и скифы, и они тоже носили штаны. Изображения скифов в штанах археологи находили в больших количествах в раскопанных скифских курганах на монетах, посуде (амфорах) и других предметах быта. В основном эти курганы все находятся в Причерноморье. Степи Причерноморья скифы заселили примерно две — две с половиной тысячи лет назад. Климат в ту эпоху сильно отличался от сегодняшнего мягкого черноморского климата и был весьма суров. Штаны были совершенно необходимы в таких сложных климатических условиях, да и в диких степях с их жестким разнотравьем они служили прекрасной защитой от механических повреждений.

Кроме этого не надо забыть и о том, что на мохнатых низкорослых скифских лошадках с голыми ногами, да еще и без седла особо не наездишься — едкий лошадиный пот может разъесть кожу буквально до язв. Так что без меховых или кожаных штанов — а других материалов у кочевников просто быть не могло — было не обойтись.

Скифские курганы были найдены не только в причерноморских степях, но и во Владимирской области. Несколько лет назад российские археологи раскопали там древние захоронения, которые старше скифских на непроизносимое количество лет. По предварительным оценкам, возраст этих захоронений — чуть ли не двадцать тысяч лет! И вот там историки тоже нашли свидетельства того, что уже в те невероятно далекие времена человек носил штаны, сшитые из меха, точнее, шкур с мехом наружу.

Но вернемся к варварам. Итак, эти самые жуткие варвары пришли в Европу. И как оно всегда бывает, захватчики (даже с более низкой культурой) неизбежно передавали что-то покоренным народам из своего быта, образа жизни, культуры, обычаев и достижений. Одним из таких их достижений и были штаны, которые от кочевников «перекочевали» к народам оседлым. И вот уже германцы и галлы, не стесняясь, щеголяют в варварском «прикиде». Ведь они тоже были наездниками, да и климат пару-тройку тысяч лет назад в Центральной и Южной Европе был гораздо «серьезнее» современного.

Но римлянам галлы и германцы не указ — Рим держался долго, не сдавал своих культурных позиций. Варварская одежда там долге десятилетия была под запретом: ослушавшихся ждало строгое наказание вплоть до штрафа, а то и конфискации имущества. Можно только позавидовать тому, как Рим охранял чистоту своей культуры! Но, как это бывает практически на всех оккупированных территориях, не удалось… Чужая, дикая, более молодая культура оказалась сильнее.

(То же самое происходит в Европе во второй половине ХХ века: более молодая и, несомненно, более дикая американская культура подавляет нас на всех фронтах). Впрочем, послабления имелись уже в то время — строгий запрет не касался воинов. Патриции понимали, что цивилизация идет вперед, требуются все новые и новые завоевания, а на лошадях в туниках не поездишь. И простые воины вовсю пользовались варварской одеждой. Более того — на парады они надевали «парадно-выходные» пурпурные штаны. Это еще один символ политики: не можешь отменить — узаконь. (Подобными примерами изобилует история насаждения христианства в исконно языческой Руси). Проходят столетия, и византийский император Мануил (1143-1180) кричит своим воинам: «Покажите же туркам, что вы носите штаны!», т.е. покажите, что вы мужчины.

А вот теперь можно перейти к обещанным этимологическим изысканиям: пришлого человека, варвара в штанах римляне называли «бракатус», и этим же термином обозначали всех остальных пришлых иноземцев, чужих людей и… неженок: ведь не станет уважающий себя закаленный римский муж укрывать свои не менее закаленные ноги чем-то утепляющим! Для всех этих категорий была презрительная кличка: «гентиум бракаториум», то есть «племя в штанах». Также презрительно наименовали и Галлию (современную Францию) — «Gallia bracata» («Галлия в штанах»).

Было и еще одно презрительное словечко, которым римляне называли обладателей штанов — feminalia (по латыни femina — «женщина»). По-видимому, римляне отказывали в праве называться мужчиной тем, кто носил такие штаны. (Правда, к брюкам — «бракае» — этот термин отношения уже не имеет…)

Но пока штаны стали брюками, прошла не одна сотня лет. И можно, в принципе, смело утверждать, что слово «брюки» — искаженное «бракае», т.е. «штаны» на латинице. Но филологи и этимологи просто живы не будут, если не найдут еще какое-нибудь объяснение происхождению этого слова. Эти неугомонные люди прослеживают этимологию слова «брюки» от города Брюгге, который славился не только кружевами, но и своим роскошным сукном. Из сукна этого шилось все, в том числе и брюки.

В русском языке было даже такое слово «брюкиш», известное с XVI века и обозначавший особый сорт сукна, привозимый купцами из Голландии, а если быть точным — из Брюгге.

Есть еще и третья версия происхождения слова «брюки» и самих брюк. Поклонники этой версии ведут историю брюк от штанов голландских моряков, живших в XVII веке. На староголландском слово «broek» как раз и обозначало матросские штаны, которые произвели огромное впечатление на Петра I, и которые тот вскоре привез в Россию. Царь-реформатор с удовольствием носил эти басурманские штаны (как их презрительно звали в народе, не желая признавать ничего чужого и нового, кроме своих посконных боярских длиннополых одежд). Он не только сам их носил, но и своим указом в 1700 году запретил дворянам и горожанам ношение старого русского костюма, введя принудительным образом европейскую моду. Отныне костюм дворянина и горожанина должен был состоять из кафтана, камзола, чулок, башмаков с пряжками и брюк-кюлотов.

Однако что касается проникновения штанов в Россию с легкой руки Петра, это тоже, в общем-то, не истина в последней инстанции. Истина только в том, что Петр привез слово. Есть версия, которая лично мне кажется самой состоятельной. Эта версия — «восточный след». Слишком тесны были в допетровской России связи с арабским и тюркским миром, и штаны в Россию стали постепенно проникать именно с Востока, где находили широкое применение в течение многих веков. Это так называемые шальвары, или шаровары.

На Востоке шаровары носили как мужчины, так и женщины. Эту версию подтверждают и некоторые смелые лингвисты, которые не боятся признать, что в русском языке (да и не только в русском) около половины (!)слов заимствовано из тюркских языков. «Брюки» на тюркском означает «сдвоенная юбка» или «двойная юбка».

При чем тут юбка? — спросите вы. А притом, что история брюк, в общем-то, началась даже не с варваров и не скифов, а с… юбки. Тысячи и тысячи лет в одежде мужчин и женщин безраздельно господствовали юбки и фартуки. А шотландцы и греки, например, буквально до недавнего времени носили юбку наравне с брюками. Впрочем, шотландцы до сих пор носят.

Так что традиционно мужская одежда — брюки — вышла из юбок, которые представители сильного пола всегда считали женской одеждой. А напрасно. В далекие времена, на заре человечества мужчины носили обернутыми вокруг талии шкуры животных. В виде пра- юбки, заметьте, носили, а не в виде двух штанин. До этого они дойдут гораздо позже. Неудобство, испытываемое мужчинами, оседлавшими лошадь и научившимися ездить верхом, вероятнее всего и заставило их привнести изменения в свой наряд.

В более поздние времена персидские воины (вот он, восточный след) усовершенствовали свое облачение для далеких военных походов, перетянув длинные подолы специальным ремнем между ног. Позже их одежда стала специально делаться с незашитыми местами, куда нужно было просовывать ноги. В дальнейшем на талии и щиколотках появятся специальные «кулиски» для продевания шнуров, и это одеяние было уже весьма похоже на современные шаровары. Через какое-то время юбки стали уже шить определенным образом и получилась юбка-брюки, или всем известные шаровары.

Но давайте вернемся от юбок к брюкам и к Петру. То, что Петр переодел Россию в «басурманское» платье, еще не означало, что этот европейский костюм сразу же в ней и прижился, отнюдь. В России брюки стали повседневной одеждой горожан лишь к середине XIX века. Простые люди (рабочие, купцы, разночинная молодежь, словом, не дворяне) носили брюки заправленными в сапоги, и только концу XIX века их стали носить поверх обуви.

Однако Российская империя большая, и на ее окраинах, в Поволжье, например, или на юге, подростки лет до четырнадцати ходили вообще без штанов, в одной длиннополой рубахе. Право на штаны они получали, лишь вступив в возраст женихов (вот, кстати, еще один косвенный признак «мужественности» брюк). Кстати, если уж говорить о крестьянской России, то стоит вспомнить допетровскую крестьянскую Россию, в которой штаны были известны еще со времен царя Гороха, т.е. еще со времен язычества. Можно провести параллель, что в более простых слоях общества (неважно, какой страны) — крестьяне, солдаты, моряки — эта одежда как наиболее удобная существовала с незапамятных времен. Люди же, не занятые физической работой, потребности в такой одежде не испытывали и носили длиннополое платье. Может быть, поэтому высшие слои общества во всех странах всегда были настроены так категорически против этой «сермяжной», простой одежды. Но это уже лично мои соображения, не подтвержденные никакими научными исследованиями.

Коли уж мы заговорили о славянских крестьянских штанах, то они в те времена называлась «портами» (впрочем, так назывались не только штаны, но и вся одежда вообще. Кстати, именно от этого слова появилось слово «портной» — из выражения «пъртной шъвъцть») и были частью русского национального костюма еще с допетровской эпохи.

В старину они имели еще и другое название — ноговицы. Этимология слова прозрачна. Название было подсказано формой и предназначением этой одежды. В Словаре Даля мы найдем множество и других названий: надраги, остегны, гачи. Порты в те времена шились не слишком широкими. Шились они без разрезов, кроили их из прямых полотнищ. Их называли «сопли» или «калоши». Но не те, которые «галоши», а «калошки». Между штанинами или так называемыми «гачами», «гащами» («гащами» славяне называли ноги, а одежду для них «гачами») вставляли для удобства ходьбы кусок ткани — ластовицу, которая потом превратилась в ширинку. Шить их полагалось из холста или пестряди; самыми модными считались синие порты в полоску или елочку. Длиной порты были примерно до щиколотки и на голени заправлялись в онучи (длинные, до двух метров куски ткани, обертывавшиеся вокруг голени). Резинок тогда еще не было изобретено, и на бедрах порты держались при помощи шнурка — гашника (или гайтана) — вставлявшегося под отвернутую и пришитую верхнюю кромку (кулиску) и завязывавшегося на поясе узлом. Если вы помните наши истории азербайджанской национальной одежды, то точно так же держались азербайджанские (и восточные) шаровары.

Слово «гашник» ничего вам не напомнило? Не правда ли, напоминает «загашник»? И правильно напоминает. Загашник сейчас — это любое место, где что-то хранится, где что- то спрятано. В старину загашник — это пришитый к исподникам (нижним мужским штанам) кошелек на пуговице. Одеваемые поверх исподников порты перевязывались тонким шнурком, гашником, который прижимал кошелек к животу и, таким образом, кошелек оказывался за гашником. Вот откуда «загашник». Карманов в старину не было, да и впоследствии они были большой редкостью, даже у богачей, и назывались «зепь».

Теплые зимние порты у людей зажиточных шили из сукна, летние — из тафты. Кроме этого, царю и боярам шили штаны из зарбафа, объяри, камки, атласа и тафты, «иногда с плящами вместо ушков». По описям XVI-XVII веков известны штаны «холодные, стеганные и теплые», то есть с меховым «исподом», который делали из собольих, беличьих, песцовых черевин (меха с брюшка животного). В старинной описи читаем: «Штаны с опушкою камки жаркой, камка серебряная, вызолочена; цена 2 р. с полтиною».

Для князей и бояр порты шились из плотного шелка ярких цветов — малинового, красного, желтого и лазоревого. Считалось модным носить рубаху и порты различных цветов.

Примерно со второй половины XIX века крестьянин сменил порты на штаны — они шились уже на поясе и застегивались на пуговицы. Порты стали надевать на работу, большей же частью они служили исподней одеждой, бельем в нашем понимании.

По праздникам мужики надевали плисовые шаровары с карманами (плис — это хлопчатобумажный бархат), и заправляли их в сапоги. Они делались черными, синими, иногда красными — праздничными. В таких ходили на базар, на ярмарку, на гулянье. И на свадьбу.

Во многих селах, живших ремеслом (в основном, волжских), к концу XIX века по праздникам стали носить городские брюки. Деревенские штаны было принято шить не длинными — до щиколотки. Кстати, о происхождении слова «штаны». На самом деле правильнее было бы писать «штоны». Потому что у этого, как мы считаем, исконно русского слова тюркские корни: основой «штанов» было слово «иштон», составленное из двух тюркских слов — «иш» («внутренний») и «тон» («одежда»), иначе говоря — нижняя одежда, кальсоны. Так что штаны в русском языке изначально — исподняя одежда.

Если вернуться в Европу и чуть назад, то история брюк выглядит как занимательный комикс. Каждая эпохи имела свой тип брюк (хотя они так еще не назывались). В Средние века мужчины носили штаны-чулки. Каждый «чулок»-штанина натягивался отдельно. В XII веке штанины привязывались к коротким штанишкам-шортикам, а позднее — к куртке. В XIV-XV веках считалось особенно модным, если левая и правая половины были разного цвета (причем не только штанин, но и верха костюма). Такая одежда называлась «ми- парти» (по-французски «mi-parti» — «разделенный пополам»). Цвета и рисунок одежды указывали на социальное происхождение ее владельца, материальный и социальный статус, степень знатности, принадлежность к тому или иному роду, городской общине и т. д.

В XVI веке законодателями мужской моды стали испанцы. Они носили кальсес — шарообразные «шортики». По образцу этих кальсес штаны всей европейской знати уподобились подушкам. Их набивали паклей, мякиной, сеном, пером и конским волосом. А сверху еще натягивалась «наволочка» с разрезами, через которые виднелась дорогая ткань нижних штанов. Эта мода овладела Англией, штаны принимали поистине дикие и причудливые формы. «Подушки» штанов, набитые чем попало, были настолько широкими, что увеличились до невероятных размеров, и из-за этой прихоти моды королева Елизавета распорядилась даже переделать скамьи в парламенте, чтобы удобно было заседать в таких штанах.

Кстати, есть версия, что слово «кальсес» стало прародителем слова «кальсоны». И коль уж мы вскользь упомянули кальсоны, то давайте поговорим и о них. Считается, что кальсоны первыми надели французы в XVI веке. Обосновывается это тем, что слово «кальсоны» французского происхождения (calecon). Однако оно произошло от итальянского calzoni — «брюки», «штаны». Это слово — производное от calza («чулок», «мешок»). Можно сделать вывод, средневековые тканевые чулки, которые привязывали к поясу, и были предками кальсон…

Следующее упоминание о кальсонах относится к XVII веку, когда знатные англичане надели длинные нижние штаны, что, кстати говоря, было вполне уместным, если учитывать сырой климат туманного Альбиона. В России кальсоны «прописались» со второй половины XIX века. Слово же «кальсоны» бытует в русском языке примерно с конца XIX века.

Бельем аналогичного назначения тогда же обзавелись и женщины — в Италии, Франции и других европейских странах. А в конце XVIII века, с приходом стиля «ампир» в моду вошли прозрачные дамские туники античного образца, и нужда в этих предметах стала прямо-таки настоятельной.

Но вернемся к истории. После испанцев на сцену вышли ландскнехты — немецкие наемные солдаты XVI века. Они внесли немалый вклад в развитие брючной моды. Но не потому, что имели очень уж богатую фантазию, нет. Все дело в финансировании: жалованье этому беспокойному воинству платили крайне нерегулярно и одежда их быстро ветшала. Кто-то догадался превратить лохмотья в ленты и перевязать их в нескольких местах, закрепив у пояса и у коленей. Получились оригинальные и причудливые шаровары — плюдерхозен (pluderhosen) — классическая иллюстрация русской поговорки «Голь на выдумку хитра».

Эту моду быстренько оценили дворяне. У щеголей, которые носили такие шаровары отнюдь не от бедности, на их изготовление уходило до ста локтей материи. (Эти эффектные штаны можно видеть на многих живописных полотнах художников той эпохи). Новой модой не преминули воспользоваться контрабандисты для доставки через кордоны дорогих тканей. (Вот так на моде всегда наживались фарцовщики. Считается, что первые фарцовщики появились в Советском Союзе после Фестиваля молодежи и студентов 1957 года. Ничего подобного! Фарцовщики были всегда!).

Во Франции, законодательнице моды в Европе начиная с правления Людовика XIV, штаны назывались «шоссы» (chausse). Они спускались до середины икр и обильно украшались лентами. В такие шоссы были одеты королевские мушкетеры — герои Александра Дюма. В 50-е годы XVII века брючным реформатором прослыл голландский посланник в Париже Ренграв. Он попытался вернуть мужскую одежду к юбке и предложил поверх штанов надевать широкие трусы с оборками (ренгравы). По прихоти Людовика XIV эта мода продержалась сорок лет.

Ведя речь о брюках, нельзя не упомянуть еще один тип одежды, который являлся еще одним братом-близнецом брюк — панталоны. Ведь история брюк всю дорогу шла «рука об руку» с историей панталон. Начиная рассказ о панталонах, по традиции начнем его с этимологии слова.

Впервые слово «панталоны» появилось в итальянской народной комедии «дель арте». Штаны под таким названием носил персонаж этой комедии по имени Панталоне. Это была не какая-то одна итальянская комедия, это был отдельный жанр, можно сказать, сериал, в котором персонаж переходил из одного сюжета в другой наподобие Петьки и Василия Ивановича. Комедии такого рода были страшно популярны в конце XVIII века. Одежда на «нижней части» Панталоне выглядела как сильно зауженные книзу брюки. Так как персонаж был очень популярен, его одежду стали копировать.

Однако «приличной» публикой новая мода оценена не была: в то время богатые люди носили исключительно короткие штаны до колен — кюлоты. Эти брюки мужчины носили в течение XVII-XVIII веков. Кюлоты — короткие брюки, заканчивающиеся ниже колена манжетами с застежкой на пуговицах. Они появились во Франции при дворе Людовика XIV и были элементом мужского костюма до начала XIX века. (В 1966 году Ив Сен-Лоран снова введет их в моду, но уже как элемент женского костюма).

«Заценили» новые длинные штаны-панталоны все те же новаторы-моряки да бедняки-крестьяне. Да еще революционеры Великой французской революции — ну куда ж без них! Эти штаны дали презрительное название революционерам в среде аристократов — «санкюлоты» (безкюлотник, иначе говоря). Так дворяне и буржуа именовали заодно и представителей городской бедноты, в отличие от них носивших не короткие штаны с шелковыми чулками (culottes), а длинные панталоны из грубой материи. В дальнейшем, во время якобинской диктатуры, термином «санкюлот» стали обозначать патриота и революционера.

В дворянской же среде панталоны были практически запрещены. Запрет на длинные панталоны дворянство решилось нарушить лишь в начале XIX века. Сделал это фельдмаршал и герцог Веллингтон, герой Европы, нанесший во главе союзных войск поражение Наполеону в битве при Ватерлоо. Нет, запрет он нарушил не во время битвы, тогда не до того было. Это случилось уже после войны. Он однажды заявился в панталонах в свой аристократический клуб. Правда, у входа прославленного маршала в эпатажных штанах остановил привратник. Негоже, говорит, в таком наряде, суровые правила английских клубов не допускают исключений даже для герцогов. И пошел наш герцог и маршал в одном лице домой, несолоно хлебавши…

Однако надо отдать ему должное — панталонам остался верен и, несмотря на крайне косые взгляды современников, продолжал их надевать при каждом удобном случае.

Но, как известно, ничто в этом лучшем из миров не остается незамеченным, и герцогу мало-помалу стали подражать. Великим вообще любят подражать, это в крови у человека. И вот уже вся Европа щеголяет в длинных панталонах, забыв о шелковых чулках и башмаках с драгоценными пряжками.

Не сталась на обочине и Россия. Вот что мы читаем в письме поэта Петра Вяземского (друга Пушкина): «Совершилась революция в мужском туалете… Введены в употребление и законно утверждены либеральные (то есть для людей свободных, не для крепостных. — О.Б.) широкие панталоны сверх сапог и при башмаках на балах. Приезжий Н.Н. явился в таких невыразимых панталонах на бал к М.Н. Корсаковой. Офросимов, заметя его, подбежал к нему и сказал: «Что ты за штуку тут выкидываешь? Ведь тебя приглашали на бал танцевать, а не на мачту лазить, а ты задумал нарядиться матросом».

Вот такая реакция была у почтенной публики. Но прошло время, к панталонам потихонечку привыкли, и их стали носить и на бал, и на прием, и просто на прогулку. В России их даже называли «веллингтонами» — так прославился герцог-эпатажник.

Однако скоро, уже во второй половине XIX века панталонами стали называть исключительно нижнее белье.

Еще один брат, но уже не близнец, а просто родной — это лосины, появившиеся в XIX веке. Ели кто-то думает, что лосины как тип брюк и само слово — это порождение 80-х годов ХХ века, то сильно заблуждается. Так назывались белые обтягивающие брюки высшего офицерства (как парадная форма) и дворянства (как нарядная одежда). О лосинах мы писали очень подробно в истории о военной форме. Напомним вкратце, что название это брюки получили из-за того, что шили их из кожи утробных лосят. У них была самая нежная кожа. Лосины так сильно обтягивали ноги, что напоминали вторую кожу. Для военных действий лосины шились из холста.

Носящих лосины подстерегала одна неприятность — центральный шов, который соединял две брючины. Напомним, что этот шов появился примерно в XVII веке, до этого две брючины надевались по отдельности и крепились друг к другу и к поясу при помощи завязок. В средние века эти завязки маскировались специальным мешочком спереди — гульфиком.

Именно с тех пор в русском языке слова «брюки», «порты», «панталоны», «лосины» имеют множественное число в инфинитиве. Штанин же было две! До сих пор мы говорим: «купить пару брюк». Это означает не двое штанов купить, а одни, но «пару». Вот такие парадоксы языка…

Что касается центрального шва, то впору вспомнить известную поговорку: новое — это хорошо забытое старое. Старые добрые штаны варваров были ведь с центральным швом! Да и матросы вряд ли лазали по реям, зацепляясь за них завязочками, соединяющими брючины, чтобы штаны на две половинки не развалились. Славянские порты — тоже шились без всяких там завязочек.

Что касается ширинки — застежки в передней части брюк, то она появилась на брюках и панталонах лишь в 20-х годах XIX века. До этого застежка находилась сбоку. Со временем место расположения пуговиц стало признаком возрастного статуса — детские брюки застегивались сбоку, а, начиная с подросткового возраста, — спереди. (Еще один косвенный признак мужественности).

Говоря о разновидностях брюк, нельзя не упомянуть и о самой, пожалуй, популярной нынче разновидности — джинсах. История джинсов возвращает нас к средним векам, когда в городе Генуе производили прочную ткань для парусов, по-английски названную jean. Эта версия дополняется другой: саму ткань вырабатывали во Франции, в городе Ниме, Генуя же поставляла краситель — индиго. Отсюда и пошло другое название джинсов, отражающее вклад французов, и которым пользуются англичане — деним (denim).

Дальнейшая история этих практичных и удобных штанов ведет нас в Калифорнию конца 40-х годов XIX века, куда судьба, а точнее, «золотая лихорадка» занесла эмигранта из Баварии Леви Страуса. Здесь он попытался разбогатеть на изготовлении палаток из упомянутого крепкого французского полотна. Палатки были, конечно, вещью нужной, но еще нужнее была крепкая рабочая одежда. Это предприимчивый делец понял очень быстро и вскоре наладил шитье специальных штанов (спецодежды, в принципе) из той же прочной синей ткани. Для того чтобы брюки не рвались, он усилил их двойной строчкой, а карманы укрепил клепками. В 1873 году Страусе запатентовал брюки, получившие название «джинсы» (все оттого же названия ткани jean).

Ровесниками джинсов является и еще одна разновидность брюк — шорты. Это название произошло от английского слова short, что означает «короткий». Их изобретателями считают английских студентов из Кембриджа, занимавшихся водным спортом.

Очень много одежды, как вы помните из наших прошлых рассказов об униформе, появилось благодаря вхождению в штатскую жизнь элементов военной формы. Так произошло и с галифе. Галифе в конце XIX века изобрели кавалеристы; чуть позже их стали очень охотно носить и штатские. Это особого покроя брюки — узкие, облегающие ногу от щиколоток до колен и довольно существенно расширяющиеся кверху. Эта форма брюк родилась не просто по какой-то там прихоти модельеров, просто в штанах такой конструкции было очень удобно ездить на лошади: узкий низ не мешал ногам в стременах, а широкий верх позволял большую амплитуду движений, которая была необходима для того, чтобы взобраться на лошадь. (Как тут не вспомнить несчастных офицеров, громоздящихся на лошадей в узких лосинах, которые то и дело грозили лопнуть по центральному шву в самый неподходящий момент).

Силуэт галифе — широкий верх и узкий низ — это, так сказать, лишь схема, которую портные либо сами, либо по заказу клиентов изменяли порой настолько, что брюки принимали причудливый, даже вызывающий вид. Очень часто такие брюки шили комбинированными — из ткани и кожи (кожа, как не трудно догадаться, была на внутренней поверхности бедер).

Происхождение названия в данном случае действительно восходит к имени, точнее, фамилии — Галифе. Французский генерал-кавалерист Гастон Галифе был первым, кому в голову пришла свежая идея улучшить фасон брюк для верховой езды. Еще этот славный генерал знаменит тем, что в 1871 году жестоко расправился с парижскими коммунарами. (Правда, история умалчивает, в галифе он это сделал или в традиционных кюлотах).

Еще одна разновидность брюк для верховой езды — бриджи — была создана в Англии. Название идет от английского breeches. Они, в принципе, тоже очень удобны и чем-то напоминают галифе.

Очень любопытна история появления отворотов на брюках: считается, что их изобрел австрийский император Франц-Иосиф. Как-то раз, прогуливаясь весной возле дворца, он, чтобы не испачкать своих дорогих брюк, их закатал. Придворные восприняли нововведение как последний писк моды, а вслед за ними отвороты начали носить и простые смертные.

Любопытна версия и о происхождение «стрелки», т.е. четко заглаженной складки на брюках, являющейся в современной мужской моде символом опрятности, аккуратности и респектабельности. Как это часто бывает, во всем виноват случай.

В свое время, в начале ХХ века перед отправкой в Америку брюки, изготовленные в Европе, для большей плотности начали основательно проутюживать. Получив новую партию, американцы сочли складку не чем иным, как последним писком европейской моды, и прямо в таком виде и отправили заутюженные брюки на прилавки. А уже позже, в стремлении подражать американцам, в брюки со стрелками вырядились и европейцы. Согласно другим источникам, автором изобретения «стрелок» на брючинах считается денди ХХ века, некто Ларсен.

Долгое время брюки было сложно представить себе без подтяжек (имеется в виду ХХ век). Из-за неумения точно скроить брюки и посадить их на фигуру, подтяжки выполняли функцию того самого гашника (о котором мы писали в прошлую субботу) или ремня. Особенно популярны были подтяжки в первые лет пятьдесят советской власти. Красивая одежда с хорошим кроем была для советского мужчины заоблачной мечтой, брюки напоминали мешок, точнее, два мешка, соединенных вместе. И чтоб мешок не падал, подтяжки были самое то.

Но вот откуда они взялись? Неверно думать, что подтяжки появились лишь в ХХ веке или тогда, когда была изобретена резина. Впервые в Европе упоминания о подтяжках появились во время Людовика XIV, известного экспериментатора, реформатора и главного идеолога тогдашней моды. Сейчас бы мы сказали, что Людовик был очень креативным товарищем. В его времена подтяжки служили перевязью для шпаги. Впоследствии они трансформировались в аксессуар для поддержания брюк, точнее, даже не аксессуар, а очень полезную вещь. В Германии, например, на протяжении сотни лет подтяжки или помочи являлись непременной составной частью повседневной и выходной одежды. Можно ли себе представить знаменитые немецкие кожаные штаны без знаменитых помочей?

Есть очень смешная версия происхождения подтяжек, связанная с Петром I. Говорят, что царь-реформатор строил Петербург и очень похудел. Штаны на нем никак не держались. Вот он и начал было подвязывать их веревочкой, однако получалось плохо. Тогда он велел своим придворным немцам протянуть веревочку через свои плечи и застегнуть их на медные пуговицы, пришитые на брюки впереди живота.

По другой версии, подтяжки в том виде, к какому мы привыкли, появились в революционной Франции где-то в 1789-1794 годах. Якобы в те годы приверженцы нового строя стали массово отказываться от ремней, которые часто не могли себе позволить, в пользу подтяжек. Некоторые историки моды утверждают, что подтяжки в том виде, к которому мы привыкли, изобрел Альберт Турстон, в 1822 году.

Есть еще одна версия происхождения подтяжек: они появились благодаря приходу в моду фрака — ведь брюки, надевавшиеся к фраку, имевшему довольно высокую талию, не должны были иметь складок на животе. И вот какой-то умный человек (история опять же не сохранила нам его имя) придумал две резиновые ленты, перекинутые через плечи.

Как бы там ни было, достоверных доказательств нет в пользу ни одной из версий, хотя версия с Петром веселит сильнее. Как написал с известной долей юмора один из русских историков моды, Иван Титчев, (не Тютчев, это не опечатка) «…мне вообще кажется, что в этом мире все изобрели мы и китайцы, а остальные это своровали, запатентовали и спустя некоторое время пытаются нам же продать. Так и с подтяжками». Хотя если подойти к вопросу серьезно, то в приоритет Петра сложно поверить. Еще задолго до него славянские девушки носили сарафаны на своеобразных подтяжках. А детвора носила помочи, которых могло быть она или две. Скорее всего, во всех странах все развивалось параллельно.

В XVIII веке подтяжки делались кожаными, хотя иногда использовались и подтяжки из плотной ткани. Иногда их плели, а иногда даже и вязали. Первые подтяжки выглядели как полоски из эластичной ткани, прикрепленные к штанам с двух сторон. Чуть позже их стали скреплять сзади пуговицей, чтоб не соскальзывали с плеч.

В какой-то момент подтяжки превратились в признанный символ американской деловитости. Типичная одежда менеджера и биржевого маклера — черные брюки со стрелками, белая сорочка и красные подтяжки (практически зайцевское сочетание цветов. Хотя кто знает, может, знаменитый русский модельер оттуда и позаимствовал эту свою цветовую классику?) Качественные подтяжки должны были иметь соответствующую длину, быть не слишком тугими и совпадать по цвету с галстуком (!).

Вообще надо сказать, что подтяжки всегда особенно были популярны именно в Соединенных Штатах и в Великобритании, но совершенно по разным причинам. Что касается американцев, в этом сказывается их тяготение ко всему практичному и удобному и, возможно, также ностальгическое чувство. В Британии же преобладает, конечно, чувство традиции.

Со временем подтяжки стали уже делать из плотной резины. Промышленники быстро смекнули, как можно использовать этот материал, и вскоре резиновые подтяжки стали очень популярны. Пожалуй, на долгие годы резина стала самым популярным материалом для подтяжек.

Особой популярностью подтяжки стали пользоваться в XIX веке. В те времена они входили в гардероб любого уважающего себя мужчины. Это были традиционные подтяжки, которые крепились на пуговицы брюк. А в октябре 1894 года американец Дэвид Ротт запатентовал подтяжки, которые крепились с помощью специальных зажимов и обладали одним неоспоримым преимуществом — их можно было носить с любым видом брюк.

К усовершенствованию подтяжек приложил руку и один известный писатель. В патентном бюро США до сих пор хранится патент N 121992 от 19 декабря 1871 года на изобретение подтяжек, регулируемых по длине. Он выдан на имя Сэмюэля Клеменса, больше известного как Марк Твен.

В XIX веке подтяжки считались элементом одежды аристократов. Однако со временем этот элемент мужской одежды перекочевал из богатых дворцов в лачуги простонародья. В начале прошлого века наличие подтяжек выдавало принадлежность к рабочему классу. Чаще всего их носил рабочие фабрик, заводов и речных доков. Этому классу требовалась прочная и удобная одежда, способная обеспечить безопасность. Да-да, подтяжки обеспечивали эту безопасность, ведь именно благодаря им рубашка более плотно прилегала к телу, следовательно, не могла зацепиться за что-либо или попасть в винтовые узлы лебедок.

Подтяжки носили даже ковбои. В их времена подтяжки были более распространены, чем ремни. Объяснялось это довольно просто: такой аксессуар гораздо удобнее при езде в седле, да и штаны в то время чаще всего шились без ременных петель, зато были оснащены специальными пуговицами и предназначались для ношения с подтяжками.

С середины ХХ века популярность подтяжек стала постепенно спадать. Во-первых, это случилось благодаря развитию текстильной промышленности — появились ткани, способные за счет новых свойств удерживать брюки на любой фигуре. Во-вторых, подтяжки требуют несколько больше возни, чем брючные ремни, а время, как известно — деньги, особенно, когда утром дорога каждая минутка. А в-третьих, «закон отрицания атрибутов предыдущих поколений есть неотъемлемая часть развития общества, в том числе и в области одежды и моды», по словам все того же И.Титчева.

Стоит отметить, что подтяжки являются неотъемлемым атрибутом скинхедовской одежды. Действительно, многие скинхеды первой волны, занимавшиеся тяжелым ручным трудом, предпочитали брюки на подтяжках. Но еще раньше — в середине 60-х годов ХХ века — данный аксессуар сделали неотъемлемой подробностью своего внешнего облика представители Hard mods. Штаны на подтяжках они совмещали с высокими ботинками и укороченными джинсами.

Loading...