Роль женщин в событиях испанской Реконкисты

rekonkista

НУРАНИ

Как считают многие, организованная борьба за права женщин началась в лучшем случае в XIX веке. Именно на рубеже XIX и ХХ веков женщины стали получать и избирательные права, причем азербайджанкам они достались на год раньше, чем американкам, и значительно раньше, чем жительницам Швейцарии и Франции. Только вот это вряд ли означает, что до того времени в мире царил абсолютный патриархат, где крестьянки покорно сидели за прялкой, а аристократки проводили время за светскими беседами в гостиной — но не более того.

И, пожалуй, самым удивительным примером остается здесь история испанской Реконкисты — «отвоевания» у арабов юга Пиренейского полуострова, где сложился легендарный Кордовский халифат. И хотя история эта произошла в то время и в тех местах, когда расцветал культ рыцарства, именно женщины сыграли главную роль в ключевых эпизодах той истории, красивой, жестокой, захватывающей, какой и должна быть старинная легенда. Где отделить правду от вымысла порой оказывается совсем непросто.

«Жемчужина Пиренеев»

Как утверждают историки, «прямолинейный» этногенез может существовать только на изолированных островах, где контакты с внешним миром по понятным причинам сведены до минимума. На всей же остальной планете народы и страны складываются из причудливой исторической мозаики. Но тем не менее в мире найдется немало мест, где культуры и цивилизации переплетались бы так тесно и причудливо, как юг Испании, знаменитые Кордова, Гранада, Севилья. Плавильный котел, где сплавились воедино культуры арабов и иберов, кельтов и вестготов, не говоря уже о римлянах.

Кто и когда основал город Кордова, историки теряются в догадках. Известно только, что в III веке до н. э. римский претор Марк Клавдий Марцелл дошел до среднего течения полноводной реки Бетис (это и есть легендарный Гвадалквивир), то обнаружил там большую по тем временам деревню с довольно-таки пестрым населением, что в тогдашней Европе было диковинкой: здесь жили кельты-иберы, левантийцы, греки, карфагеняне…

За освоение новых земель римляне принялись с размахом. Сначала проложили свои знаменитые магистрали «кардо» — с севера на юг и «декуманос» — с запада на восток. Пересекаясь, они образовали Форум — главную площадь каждого уважающего себя римского города. Которому, не мудрствуя лукаво, оставили прежнее, иберийское название — Кордуба.

Римское владычество продолжилось здесь до V века, когда Римская империя окончательно распалась под набегами варваров. Кордубу захватили вестготы, которые, впрочем, не стали первоначально изгонять римлян. Поводом к распрям послужили религиозные страсти: римляне исповедовали католицизм, вестготы — арианство, одну из древних христианских «ересей». Кордуба постепенно приходила в упадок. Чтобы весной 711 года оказаться в эпицентре весьма драматичных событий.

И все-таки удивительное это дело — история. Сегодня уже доказано: основное население того же Египта — арабы — не являются прямыми потомками строителей пирамид Гизы и величественных храмов Луксора. Но когда в лавках бесчисленных каирских торговцев на витринах выставляют точно такие же сандалии, как и те, что обнаружили археологи в гробнице Тутанхамона, поневоле задумаешься о том, как преломляется в современном мире культурное наследие. И как передается из поколения в поколение накопленное знание — нет, не во дворцах, которые новые завоеватели безжалостно равняли с землей, а в тесноте городских улочек, в лавчонках ремесленников — от учителя к ученику… Они могли говорить на разных языках, принадлежать к разным народам, но один прилежно постигал у другого тонкости резьбы по камню и обработки кожи, ювелирного искусства и земледелия…

В VIII веке испанцев как народа еще не существовало. Жили здесь племена вестготов, народа, имевшего, скорее всего, германское происхождение, но уже смешавшегося с римлянами. Так или иначе, в Испании, желая подчеркнуть знатность рода, до сих пор говорят: «Он из готов». И, как утверждают, оттуда же берет начало выражение «голубая кровь». Готы были светлокожими и светловолосыми, что диктовало простой принцип: чем светлее кожа, тем знатнее происхождеие. А у людей со светлой кожей, напоминали антропологи, кровеносные сосуды просвечивают через кожу как голубоватые жилки.

Но история, которая легла в основу самой головокружительной политической интриги юга Европы, оказалась на удивление «испанской». Где было все: безумная страсть, красавица, влюбленный в нее наследник знатного рода, было преступление и месть…

Любовь и смерть

«Ищите женщину» — скажут французы через много веков после драматических и трагических событий на Пиренеях. Может быть, постулат этот справедлив далеко не всегда, но факт остается фактом: по вполне официальной версии, толчок событиям, которые привели к рождению на землях современной Испании легендарного Кордовского халифата, послужила именно любовь. Как утверждают историки, все началось с того, что последний король вестготов Родриго влюбился в красавицу по имени Ла Кава, дочь правителя Сеуты графа Хулиана. Была ли эта любовь взаимной, история умалчивает, но, как свидетельствуют легенды, Родриго, заманив красавицу в западню, взял ее силой. Горько рыдая, Ла Кава поведала обо всем отцу, и тот поклялся отомстить Родриго.

Здесь, пожалуй, требуется отступление. Городу Сеута вообще везет на мятежи и головокружительные интриги, Именно здесь 18 июля 1936 года в радиоэфире прозвучала знаменитая фраза «Над всей Испанией безоблачное небо», ставшая сигналом к мятежу против Испанской Республики и началу гражданской войны. А тогда решающую роль сыграло другое обстоятельство: город Сеута расположен на южном берегу узкого Гибралтарского пролива, соединяющего Средиземное море с Атлантикой. Переправиться через него, в общем-то, было не так уж сложно. И неспроста стояли здесь сторожевые крепости. А на окружающих Сеуту землях уже крепло новое государство — Арабский халифат.

И теперь, желая отомстить за поруганную честь своей дочери, граф Хулиан отворил арабам ворота сторожевой крепости на Гибралтаре, открыв им дорогу на плодородные земли Андалузии. Флота у арабов, впрочем, не было — корабли предоставил все тот же Хулиан. Весной 711 года семитысячное арабское войско под командованием Тарика вступило на Европейский континент. Решающая битва состоялась у Гуадалеты 19-26 июля 711 года. Родриго был убит, его армия потерпела сокрушительное поражение. Месть за дочь оказалась жестокой.

Другие исследователи, впрочем, считают, что история о страсти, любви, обмане и мести — не более чем «пиар», и на деле все было куда грубее и прозаичнее. Во владениях Родриго шла в это время самая настоящая гражданская война. Все дело в том, что прежний король — Витица — перед смертью завещал трон своему сыну Агиле, которого, однако, местная знать восприняла в штыки. И провозгласила своего короля — Родриго. А земли, охваченные внутренними распрями, всегда становятся легкой добычей внешних врагов. Среди которых в то время арабы были, пожалуй, самыми сильными. Арабский халифат с центром в Дамаске находился тогда на пике своего могущества, а правила там династия Омейядов.

Сегодня европейцам довольно непросто в это поверить, но Омейяды вовсе не были религиозными фанатиками. И не торопились насаждать огнем и мечом свои порядки и свою религию на новообретенных землях Андалузии. Они ограничивались тем, что облагали жителей покоренных земель данью, и дань эта, как вскоре почувствовали жители Кордовы, Севильи, Толедо, Гранады, была значительно менее обременительной, чем поборы вестготской знати. От податей освобождались женщины и дети, Но, самое главное, любой человек, принявший ислам, уравнивался в правах с победителями. А ислам в своих основных заповедях не очень-то и противоречил христианству. Так или иначе, ислам на Пиренейском полуострове поторопились принять многие.

«Восточная сказка» на европейских берегах

Историки, даже не особо благожелательно настроенные по отношению к мусульманству, признают: Кордовский халифат был по тем временам редким в Европе очагом толерантности и развития науки. В Кордове строились поражающие воображение дворцы и мечети, Здесь мостили улицы речной галькой — невиданное для Европы тех времен дело! И освещали масляными фонарями. Здесь использовали столовые приборы, а пить предпочитали из стеклянных сосудов. Кордова, столица нового государства Аль-Андалус, насчитывала до полумиллиона жителей и являлась по тем временам одним из крупнейших городов на земле.

Ко двору халифов стекались астрономы и врачи, философы и музыканты, историки и просто мудрецы. Ну и, конечно, тут мирно сосуществовали три веры — исламская, иудейская и христианская, а также множество этносов. В Кордове насчитывалось до девятисот общественных бань, где с утра мылись женщины, а вечером — мужчины. В городе действовало от 600 до 3 тысяч мечетей, которые были, впрочем, не только и не столько «молельными местами»: здесь собирались ученые и поэты, при них действовали школы — медресе…

В городе насчитывалось ни много ни мало 200 публичных библиотек и более чем 80000 торговых лавок, расположенных главным образом на крупных площадях. Их в Кордове было не менее 20 — по числу районов махалля. И в каждой махалля имелся и молельный дом «мосарабов», то есть тех, кто не пожелал перейти в ислам. Среди них были и христиане, и иудеи.

Мусульманское владычество в Испании продлилось до 1492 года.

Как утверждают, первый кордовский эмир Абдаррахман I Омейяд задумал построить главный молитвенный дом города на том самом месте, где уже стояла вестготская базилика Святого Винсента. В 785 году эмир выкупил, не отнял, а именно выкупил церковь вместе с землей у христиан и, используя старый фундамент, возвел на нем мечеть. Только вот не смог добиться того, чтобы здание было должным образом ориентировано на Мекку…

О том, что представляли собой постройки старой Кордовы, можно понять, посетив Медину-аль-Захру, город, который эмир Абдаррахман III выстроил для своей любимой жены — красавицы аль-Захры. Родилась она в Гранаде, тогда тоже мусульманской, и очень скучала в Кордове по заснеженным вершинам Сьерра-Невады.

«Для тебя пойдет снег в горах, любимая, сила моей любви заставит его пойти», — пообещал эмир. И засадил склоны аль-Аруса миндальными деревьями: когда они зацветают, горы кажутся покрытыми снегом…

Замысел Медины был еще более грандиозным. Камни для строительства добывали в Пиренеях, но мозаику и утварь привозили из Византии, колонны, черное дерево, слоновую кость везли из Африки и Рима, из Карфагена и Фракии… За один день работы в дело шло 6000 каменных плит разного размера, которые подвозились на четырехстах верблюдах и тысяче мулов. Вершиной арабского инженерного гения стал 15-километровый водопровод, подававший во дворец воду из горных источников…

Цвет «исабель»

Но любая сказка, предупреждают историки, когда-нибудь кончается. И, увы, не всегда хорошо. Кордова являла собой яркий контраст с остальной Европой, где правили по большей части невежественные тираны, но от того арабы не перестали быть в глазах испанцев, и прежде всего вестготов, захватчиками. И решимости испанцев освободить свою родину не могли поколебать никакие красоты дворцов эмиров и чудесные фонтаны в их внутренних двориках — «патио». Оплотом сопротивления стала Астурия — город, так и не покорившийся арабам. Христиане постепенно, шаг за шагом, отвоевывали городки и крепости, пядь за пядью, планомерно, исподволь. И каждая победа, пусть крошечная, убеждала: арабская армия вовсе не является непобедимой.

Плюс ко всему и сам халифат постепенно приходил в упадок. Он был далеко не однородным изнутри: здесь нарастало соперничество между сирийцами, берберами, марокканцами…Халифы и эмиры менялись слишком часто, и нередко хроники бесстрастно фиксировали: эмир отозван, казнен, изгнан, бежал, убит прямо в мечети…В арабской среде заявляли о себе силы, мало напоминавшие толератных и просвещенных Омейядов. Халифат, где разгоралась самая настоящая гражданская война, уже не был ни прежней привлекательной «восточной сказкой», ни прежней непобедимой твердыней. В 1031 году Кордовский халифат «официально» распался, и это воодушевляло астурийцев.

Потом эти события войдут в историю как Реконкиста — «Отвоевание». Сначала арабам противостояли только этакие «короли-партизаны», провинциальные дворяне, пользовавшиеся поддержкой полудиких горцев — предков современных басков. Но армии и границы продвигались к югу. Уже освобождены Толедо и Памплона, уже все большая часть Испании — под властью христиан.

Строго говоря, продвижение арабской армии удалось остановить уже в 732 г. во время битвы при Пуатье. когда мусульманское наступление было отражено Карлом Мартеллом буквально на подступах к Парижу. К середине IX века христиане закрепляются на берегу реки Дуэро, в Х веке уже существует королевство Памплоны. А в 1151 г. начинается третья и последняя волна мусульманского вторжения в Испанию.

Это уже не Омейяды и не Аббасиды, а Альмохады («объединенные») — приверженцы особого учения внутри ислама, известного как «унитаризм». Они устраивают настоящие гонения на христиан, и это лишь усиливает сопротивление. 16 июля 1212 г. наступает кульминационный момент отвоевания. Знаменитая битва при Лас-Навас-де-Толосе. Объединенные кастильско- леонские, наваррские, арагонские, португальские войска громят мусульманскую армию. В бою также принимали участие многие рыцари, прибывшие со всех концов христианского мира.

Но судьбе было угодно сделать так, чтобы история повторилась. И последнюю точку в истории халифата, появление которого стало возможным из-за безумной любви короля Родриго к женщине по имени Ла Кава, поставила тоже женщина — королева Изабелла. Точнее, Изабелла Кастильская, заключившая в 1469 году брак с Фернандо Арагонским. Они войдут в историю под именем католических королей: доселе властители Испании были королями «трех религий», но Фернандо и Изабелла предпочли заручиться поддержкой всесильного Рима и выступить от имени одной церкви — католической. Впрочем, возможно, еще и потому, что арабы уже не были на Пиренеях той силой, с которой надо было считаться. А Папа римский требует покончить с мусульманским владычеством на христианских землях.

В 1487 году король Фернандо осадил Малагу. Началась долгая эпопея, где с обеих сторон было предостаточно отваги и геройства: отчаянные вылазки и упорное сопротивление, голод в осажденном городе и попытки заключить сепаратный мир, наконец, это покушение полубезумного дервиша на королеву Изабеллу, которая прибыла к стенам крепости, чтобы поддержать своих рыцарей.

Как утверждают многие, тогда помощь испанцам оказал эмир Гранады Боабдил. То ли он рассчитывал таким образом заручиться их поддержкой на будущее, то ли стремился справиться их руками со своим соперником в Малаге — теперь уже не узнать. Но через четыре года Фернандо и Изабелла уже готовились сокрушить Гранаду — последний оплот мусульманства.

Как теперь признают историки, эмират, оказавшийся во враждебном христианском окружении, был, по сути дела, обречен. А «католические короли» полны решимости завершить дело. В 1491 году началась затяжная осада, и королева Изабелла не стала дожидаться мужа в столице — она разделила с воинами все тяготы походной жизни. Ее появление верхом на коне под стенами осажденного города вызывало вопли восторга. Но, самое главное, королева Изабелла дала обет не менять исподнюю сорочку, пока над Гранадой не взовьется кастильский флаг.

Осада затягивалась. Дни следовали за днями. И постепенно белоснежное полотно, из которого была сшита нижняя сорочка королевы, ветшало, приобретая серовато-желтый цвет. Тот самый, который потом войдет в историю как «цвет исабель».

Но в январе 1492 года Боабдил, последний эмир Гранады, капитулировал и, плача, покинул Альгамбру. Он ушел через неприметную дверь в задней стене своей легендарной крепости. А в окрестных горах существует небольшое селение с названием Вздох Мавра. Как утверждают, оттуда изгнанник в последний раз обернулся на раскинувшийся внизу прекрасный город, а его мать произнесла фразу, которая тоже стала легендой: «Плачь, как женщина, над тем, чего не мог защитить, как мужчина».

А в это время в Гранаде взлетали в небо праздничные фейерверки, победно гремели барабаны. Королева Изабелла, прибранная и умытая, ежедневно на радость подданным меняла и без того белоснежную исподнюю сорочку. А из города бежали все те, кто создавал неповторимый человеческий пейзаж Кордовы, и прежде всего арабы. Затем «католические короли» предпишут обратить в христианство всех, включая и евреев, и те тоже предпочтут бежать. Многовековые традиции толерантности, без которых не существовало бы той

Кордовы, как она вошла в историю, уходили в небытие. Чтобы возродиться вновь уже на другом берегу Средиземноморья, у проливов Босфор и Дарданеллы, где заявит о себе новое государство — Османская империя. И именно сюда устремятся, спасаясь от инквизиции, кордовские евреи — на улицах стамбульского района Бейоглу, возникшего на том берегу бухты Золотой Рог, который во времена Византии не был населен, еще в шестидесятые годы можно было услышать язык «спаньоль» — тот, на котором изъяснялись бежавшие из Испании евреи-сефарды…

Как утверждают, королева Изабелла приказала остановить арабское «водоподъемное» колесо на реке Гвадалквивир рядом со своей резиденцией, будучи не в силах выносить его скрип. Но точно так же Реконкиста затормозила в Испании и «колесо истории»: в то время, когда в остальной Европе расцветал Ренессанс, Испания погружалась в атмосферу католического фанатизма и инквизиции. Этот «вектор развития» оказался бомбой замедленного действия, которая сработает еще не раз — уже после второй мировой войны развитие Испании надолго затормозит франкистская диктатура…

Loading...