Баку в жизни семьи Ростроповичей

Т.ГУМБАТОВА

Жизнь семьи Ростроповичей тесно связана с Баку. Предлагаем вниманию читателей некоторые малоизвестные страницы из жизни семьи Ростроповичей.

Фамилия Ростроповичей имеет древние корни и в их роду благоприятно переплелись люди разных национальностей (литовцы, поляки, чехи, немцы, русские), исповедующих католичество, лютеранство и православие. Занятие музыкой в этой семье было традицией. Там всегда пели, играли на фортепиано и устраивали музыкальные вечера. В музыкальном мире на профессиональном уровне эта фамилия звучит уже более ста лет.

Музыковед С.Хентова в своей книге сообщает, что предки Мстислава Ростроповича жили в Литве. Прапрадед — Иосиф Ростроповичюс (1787-1847) переехал из Вильно в Варшаву, где женился на чешке Франциске (ур.Гаушильдт, 1809-1894). Он дослужился до почетной должности городского судьи.

Их сын Ганнибал-Владислав (1829-1908) в апреле 1856 года обвенчался в Виляновском католическом костеле Варшавы с Флорентиной -Брониславой, ур.Штек (1834-1915). У молодой четы родились девять детей — пять сыновей и четыре дочери.

Старший сын Витольд-Войцех Ганнибалович родился в 1858 году, получил домашнее образование и в 1870 году уехал в Лейпциг, где окончил политехнический институт. Там он обучился и музыке, которая определила его судьбу. В 1879 году он оказался в Воронеже, где проживали родственники по бабушкиной линии — Гаушильдты.

Выходцы из австрийских земель, они уже в 1851 году были внесены в родовые книги по Петербургской губернии. Витольд в 1880 году обвенчался с семнадцатилетней Матильдой (1863-1942), дочерью преподавателя немецкого языка, коллежского асессора Александра Петровича Пуле и Анны Германовны, ур.Столль (1844-1920).

Позже она так писала о своем зяте: «Он учитель музыки, играет превосходно и зарабатывает довольно. Человек он хороший, не пьет, не играет в карты. Живет скромно, занимается уроками, хотя имеет богатых родителей в Варшаве. Все наши довольны выбором, кроме дедушки. Его огорчает то, что он не лютеранин». Дедушка Матильды, врач Г.Ф.Столль (1810-1887), был ревнивым лютеранином. Он играл на органе в кирхе на каждом богослужении и однажды, сидя за своим любимым инструментом, внезапно скончался.

Витольд Ростропович стал домашним учителем музыки и преподавал фортепианную игру в классической гимназии Воронежа. В те годы музыка была обязательна в каждой интеллигентной семье и поэтому в учениках не было недостатка. В 1883 году его избрали членом правления Воронежского отделения Императорского русского музыкального общества, а с 1896 года он стал его директором. Витольд сочинял музыкальные произведения и постоянно участвовал в концертных вечерах и благотворительных концертах. 25 сентября 1913 года В.Г.Ростропович скончался и был похоронен в Воронеже на лютеранском кладбище.

В семье Витольда было четверо детей. Любовь к музыке унаследовал младший — Леопольд, который родился 26 февраля 1892 года и был крещен в соответствии с вероисповеданием его отца в католическом костеле. Навыки игры на фортепиано он получил от отца. Его будущее как музыканта решила встреча с виолончелистом чехом А.Лукиничем. Уже с 1904 года Леопольд стал выступать в концертах, где сразу же отметили его виртуозность, поэтичность и эмоциональность. В сентябре 1905 года он поступил в Петербургскую консерваторию в класс виолончелиста А.В.Вержбиловича. Параллельно обучался и фортепианной игре.

Из-за необходимости заработка Леопольд рано занялся преподаванием, а с 1909 года в возрасте восемнадцати лет он уже обучал детей-виолончелистов в Петербургской музыкальной школе Н.Быстрова. За свой педагогический труд он позже получил звание магистра музыки.

В 1910 году Л.Ростропович с золотой медалью и премией Михайловского дворца окончил консерваторию и получил звание сводного художника и лауреата. В этом же году он по конкурсу поступает в Парижскую консерваторию в класс профессора Лоеба. Собрал деньги, в 1911 году берет уроки у знаменитого испанского виолончелиста Пабло Казальса. Там же он удостаивается 2-й премии Международного конкурса виолончелистов. С большим успехом проходит его концертная деятельность в Петербурге, Париже, Москве и др. Леопольд играет с оркестром Варшавской консерватории в Кракове и Лодзи. В Берлине завоевал звание «Первого виолончелиста Европы» и в виде поощрения получил от музея Мендельсона великолепную виолончель работы Гварнери. Леопольд Ростропович становится явлением, которому предсказывают всемирное призвание.

Лето 1911 года он проводит у родителей в Воронеже. В 1912 году Леопольд принимает приглашение на службу в Петербургский симфонический оркестр Императорского Мариинского оперного театра. В 1913 году заканчивает высшую студию виртуозов. Одновременно он продолжает концертную деятельность по городам России — Севастополь, Ростов-на-Дону, Казань.

Шел 1914 год… Предыдущие годы были счастливыми для бакинской нефтяной промышленности, что привело к росту материального и культурного уровня города. Началась постройка электрического трамвая, активизировались под руководством сэра Линдлея работы по строительству Шолларского водопровода. Муса Нагиев пожертвовал 250 тысяч на строительство Михайловской больницы и 100 тыс. рублей — на глазную лечебницу. Его друг Шамси Асадуллаев до своей внезапной смерти выделил на постройку здания мусульманского благотворительного общества («Исмаилие» — Президиум АН) 150 тыс. рублей. Бакинские мусульмане активно участвуют в строительстве мечети в Петербурге и подарили для нее богатую и красивую люстру.

В этот благоприятный период и появился в Баку «свободный художник, артист Императорского театра, виолончелист» Леопольд Витольдович Ростропович. Он заключил договор на работу в летнем составе симфонического оркестра Бакинского общественного собрания. Вместе с ним приехала его старшая сестра Ядвига-Сильвия-Маргарита, которая после окончания в 1899 году Воронежской Марьинской гимназии, получила диплом учительницы начальной школы. Существуют сведения, что она была замужем за Скибинским, родила сына, который к 1911 году умер. Возможно, ее мужем был один из родственников известной в Баку семьи государственного чиновника Якова Константиновича Скибинского.

19 июля 1914 года Германия объявила России войну. К этому всеобщему горю добавились и личные неприятности.

20 августа газета «Каспий» сообщала: » Много лет подряд ни один сезон в нашем Общественном Собрании не проходит без недоразумений между артистами и заведующим хозяйственной частью г.Егиазаровым и Тер-Микаэляном, которые на этот раз решили испробовать свои силы над артистами Ростроповичем и Аникеевым. Даже в такое время, когда 20 человек из оркестра были взяты на войну, и каждый оставшийся музыкант на счету, Егиазаров уволил артистов, не выдав им причитающего по условию жалования с 15 июля».

Артисты обратились к мировому судье. Тогда Егиазаров «предложил им взамен подписки о неимении к нему претензий жалкую подачку. В довершение всего он применил к этому делу последнее слово немецкой военной тактики и запретил прислуге Общественного собрания пускать в клуб родную сестру Ростроповича». Егиазаров уже давно стал притчей во языцех.

В 1910 году, занимая должность управляющего Бакинским Общественным собранием, Л.И.Егиазаров «вышел из терпения», пустил вход кулаки и избил служащую Екатерину Ейснер. Тогда его приговорили к аресту на 4 суток, но потом заменили штрафом в 16 рублей. Но это не изменило его поведения. В зависимости от расположения духа он продолжал «часто штрафовать музыкантов на 10-50 рублей, вызывая у последних протест и негодование».

В ожидании разбора этого дела у мирового судьи артистам в чужом городе и без денег пришлось пережить немало тяжелых моментов. Тогда им посоветовали обратиться за помощью к Бакинскому градоначальнику полковнику П.И.Мартынову, который экстренно приказал приставу 2-го участка расследовать это дело. Тогда и выяснилось, что «Егиазаров в своем объяснении проявил незаслуженное обвинение и незаконно их уволил».

Комментируя это, газета пишет, что Егиазаров «возвысился после того, как его командировали весной в Москву с поручением подобрать дирижера симфонического оркестра для летнего сезона. Там он нанял за 1000 рублей антепретера г. Терентьева (имеющего в предприятиях с музыкантами репутацию дельца), который нанял за 250 рублей дирижера Миллера и уехал». Далее идет предупреждение: «не верьте Егиазарову, когда он, не стесняясь, рассказывает, что он знает все симфонии Чайковского наизусть и сам может чем угодно дирижировать!»

Баку в то время был богатым и музыкальным городом, в котором работало много выпускников петербургской и московской консерваторий. Они не остались безучастными к беде Леопольда. Руку помощи протянул бакинский музыкант Юлий Антонович Шефферлинг, племянник не менее известного музыканта и дирижера Франца Карловича Эстеррейха.

Через газету он оповестил о приглашении «известного виолончелиста» в свою музыкальную школу, которая в то время располагалась в доме Зейтца по Марьинской (Расула Рзы) улице, 5. Одновременно Ростропович ведет уроки по классу виолончели и элементарной теории музыки на музыкальных курсах Д.А.Черномордикова в доме Ашумова по Михайловской улице, в доме 11. Сам он в этот год проживает в Косом переулке в доме, 7 кв.1, где дает» частные уроки виолончели и рояля с 6 до 8 ч. вечера».

Бакинцы, находясь на расстоянии от всех фронтов войны, не слышали стонов, не видели ужасов, но не оставались безразличными к общему горю. В этой войне, как и в любой другой, победителей не было. Только жертвы: мертвые, раненые, беженцы, военнопленные. Российские воины томились в плену у врага, немецкие и турецкие — в Баку, на острове Наргин. Общество пыталось как-то помочь разоренным и обездоленным людям, пострадавшим от войны, и изыскивало для этого разнообразные пути, встречая сочувствие и поддержку со стороны всех национальностей, населявших город.

«Бакинцы всегда были отзывчивы на все хорошее и доброе», — утверждала газета, публикуя отчеты и списки пожертвований. Все в городе включились в оказание помощи раненым и пострадавшим. Интеллигенция проводила разнообразные благотворительные вечера и концерты в пользу нуждающихся людей. Среди активных участников таких концертов был и Леопольд Ростропович.

Так, 8 января 1915 г. Польский комитет проводил благотворительный вечер в пользу пострадавшего от войны населения Царства Польского, где «лауреат последнего конкурса виолончелистов Ростропович блестяще исполнил Ноктюрн Чайковского».

27 января он принимал участие в Первом камерном вечере, где играл Pezzo Caprichioso Чайковского. 10 марта 1915 года Ростропович участвует в вокально-музыкальном вечере на усиление средств Бакинского отдела распространения грамотности среди грузин, где он прекрасно сыграл несколько красивых пьес и вместе с Ю. Шефферлингом и М. Оболенской исполнил «Трио» Чайковского. 10 апреля Ростропович играет на концерте, устроенном Комитетом помощи евреям, пострадавшим в районе военных действий. И за все его время пребывания в Баку он никогда не принял участия в многочисленных армянских благотворительных концертах.

Город готовился к большому патриотическому концерту Общества повсеместной помощи пострадавшим на войне солдатам и их семьям, которое находилось под покровительством государя императора Николая II. Инициатором концерта был председатель этого общества, военный генерал-губернатор, контр-адмирал Е.В.Клюпфель.

Хозяйками вечера были С.В.Бенкендорф, Е.К.Нобель, Г.Г.Бартдорф и М.М. Клюмфель. Были объединены бакинские любители хорового пения. Их репетиции проходили в здании Евангелическо-Лютеранской церкви Спасителя (Органный зал) и в зале Коммерческого училища. 6 мая 1915 года этот концерт состоялся в театре Бр. Маиловых. Перед началом концерта оркестр из 60 исполнителей, искусно руководимый Ю.А.Шефферлингом, исполнил русский национальный гимн, выслушанный стоя и покрытый криками «Ура!».

В конце первого отделения оркестр исполнил гимны союзных держав — Франции, Англии и Бельгии. Ростропович играл «Кантилену» из Первого концерта Давыдова для виолончели с оркестром. Публика заставила его повторить на бис. Газета «Каспий» писала: «Ростропович в самом деле прекрасный виолончелист!»


В сентябре 1915 года, возвратившись из города, который теперь назывался Петроград, он возобновил частные занятия по виолончели и фортепиано. Запись проводилась в доме 5 на Заведенской (Б.Сардарова) улице, где он жил в квартире, 10, рядом с инженером Шолларского водопровода г. Скрживаль. На этом строительстве работал также Г.Э. Столль, который вполне мог быть родственником Ростроповича по линии матери.

6 декабря 1915 года на концерте в зимнем зале Бакинского Общественного собрания, после исполнения концерта Сен-Санса, «публика устроила виртуозу шумную овацию». 3 января 1916 года Бакинский комитет Всероссийского Союза городов устраивал благотворительный концерт в пользу российских военнопленных, в котором приняли участие Л.Ростропович (виолончель), москвичка Вера Люцце (сопрано) и г-жа Антик(ф-но).

24 февраля газета «Каспий» писала: «Ростропович, несмотря на молодость (23 года), приобрел имя в музыкальном мире. В Баку он проживает второй год и за это время завоевал себе симпатию бакинской музыкальной публики». А надо сказать, что бакинцы были избалованы высококлассными музыкантами и знали в этом толк!

6 марта 1916 года в зале Бакинского Общественного собрания (Дом офицеров) состоялся большой сольный концерт Л.Ростроповича. Первая часть концерта была целиком посвящена классикам. Блестяще прозвучало Рондо из концерта Ромберга, Прелюдия и гавот Баха без аккомпанимента, менуэт Локателли, гавот Госсека , Ария Баха. Второе отделение состояло из произведений русских авторов — романс Аренского, «Песнь трубадура» Глазунова, восточный танец Рахманинова, «У фонтана» Давыдова и др. Концерт прошел с большим успехом, «в аплодисментах, вызовах и требованиях повторений не было недостатка.»

Газета «Каспий» писала: «свободный, певучий и широкий тон, отличная техника левой руки и удивительное владение смычком — все это достоинство артиста как виолончелиста. К этому присоединяется еще выдающаяся музыкальность, для которой все остальное остается только формой, служащей для выражения сущности внутренней силы музыкального произведения. Все произведения были исполнены с большой страстностью и звучали великолепно». Было в статье и доброжелательное пожелание: «приложить все усилия к тому, чтобы научиться владеть своим движением тела и мимикой во время игры так, как он владеет смычком».

26 марта 1916 года — сольный отчетный концерт в зале Польского дома (клуб моряков). В программе произведения Генделя, Рамо, Сен-Санса, Пурцелля, Ромберга и др. Газета писала: «Артист обладает прекрасной техникой, большим музыкальным чувством и настоящим темпераментом. Ему ближе мятежные страстные порывы романтической школы, чем строгая спокойная красота старинных классиков».

15 апреля 1916 года благотворительный концерт в пользу школы при Бакинском Римско-католическом костеле. «Благодаря участию выдающихся артистических сил: виолончелиста Л.Ростроповича, известной пианистки, профессора Петроградского музыкального института Ядвиги Залесской и скрипачки Софии Плошко с большой силой драматического выражения было исполнено «Трио» Чайковского.

Главным источником его жизни в Баку, безусловно, остаются частные уроки. 5 сентября 1916 года в газете «Каспий» появилось объявление: «Артист императорских театров Петроградской и Парижской консерваторий Л.Ростропович возвратился после отпуска из Тифлиса и возобновил музыкальные занятия. Запись лично от 12 до 2 ежедневно на квартире по ул. Заведенской». Он продолжает преподавать в школе Шефферлинга, которая теперь располагается на Меркурьевской улице в доме Дадашева ( пр. Азербайджана, музыкальная школа N2).

И опять концерты. Газета «Баку» писала: «Молодой артист обладает всеми данными, которые дают право надеется, что он займет подобающее место в ряду выдающихся артистов виолончели».

В марте 1917 года Л. Ростропович по приглашению своего петербургского друга С.Козолупова начал работу в Саратовской Алексеевской консерватории. В конце 1918 года он приехал в Киев, где получил место в Киевской консерватории. Там он женился. В июне 1919 года он с женой приехал к матери Матильде Александровне в Воронеж, но из-за боев остался там. Город заняли белые, которые приказали ему взять на себя организацию оркестра имени Деникина и концертов. При наступлении красных Леопольд с женой решили добираться обратно и покинули Воронеж. По дороге казаки, приняв его за еврея, хотели застрелить, но пощадили. В Белгороде он и его жена заболели сыпным тифом. Жена умерла. К сожалению, сведения об его первой жене отсутствуют.

В мае 1920 года в Москве Л.Ростроповичу вручили мандат Народного комитета просвещения и поручили проверить музыкальные учреждения, в том числе и в Воронеже. Но 9 ноября 1920 года его арестовал Воронежский ГПК по обвинению в сотрудничестве с белыми и приговорил к двум годам концлагеря. После ходатайства ЦИК 9 июня 1921 года он был освобожден.

И опять — концертная деятельность. В Оренбурге ему аккомпанировала выпускница Московской консерватории Софья, дочь известной в городе Ольги Сергеевны Федотовой. Музыкальная школа, которую она организовала в 1906 году, стала в 1920 году первой советской музыкальной школой в Оренбурге, в которой преподавали все ее пятеро дочерей. На старшей дочери Надежде был женат однокурсник и друг Леопольда, виолончелист Семен Матвеевич Козолупов. Там же в это время руководил оркестром двоюродный брат Ю. Шефферлинга — бакинец Георгий Францевич Эстеррейх.

26 марта 1922 года в зале Оренбургского горсовета профессор Л. Ростропович отпраздновал 15-летний юбилей своей музыкальной деятельности. На «редком по содержанию и программе концерте» он выступил как виолончелист, пианист и композитор. В концерте приняла участие С.Н.Федотова. «Быстро развивающийся любовный роман» между ними привел к тому, что в этом же году «гражданин г. Варшавы, вдовец 29 лет, профессор, музыкант Леопольд Витольдович Ростропович, римско-католического вероисповедания, и музыкантша Федотова София Николаевна, девица 31 года, православного вероисповедания», соединили свои жизни. По характеру София была наделена спокойным здравым смыслом и склонностью к домоводству.

В августе 1923 года состоялся прощальный концерт в Оренбурге Леопольда Витольдовича перед отъездом в Саратов, куда он был опять приглашен на работу в консерваторию. В Саратове в июне 1925 года (ум.1998 ) у них родилась дочь Вероника, которая стала скрипачкой и преподавала в Москве.

Молодые годы, проведенные в Баку, были не худшими в жизни Леопольда Витольдовича. Возможно, любовь и вера в него бакинцев явились главной причиной его возвращения в 1925 году в Баку профессором Азербайджанской консерватории. И если не все удалось Леопольду, всемирной славы добился достойный его сын Мстислав, родившийся в Баку.

В 1931 году семья переезжает в Москву, где Леопольд Витольдович занимает должность профессора Московского государственного музыкального техникума им. Гнесиных. В годы войны семья Ростроповичей уезжает в эвакуацию в Оренбург, где 31 июля 1942 года Леопольд Витольдович умирает. Его последней волей было: «Виолончель и рояль, как ни будет трудно, не продавать, а Славе учиться у Козолупова». В 1992 году Л.Ростропович был посмертно реабилитирован. Мстислав Леопольдович, которого в детстве называли «подсолнухом», много унаследовал от своего отца.

Из архивов газеты ЭХО

Loading...