Тайны Баку: Забытый скульптор Елизавета Трипольская

elizaveta-tripolskaya

О.БУЛАНОВА

История донесла до нас имена многих выдающихся скульпторов, живших и творивших в Баку. В их числе изредка мелькает имя и Елизаветы Трипольской, хотя в основном дается лишь ее инициал.

Чаще всего она упоминается в связи со скульптурой Хуршидбану Натаван, которая украшает одну из ниш лоджии Музея им. Низами. Многие источники утверждают, что это чуть ли не единственная работа, которая осталась после этого выдающегося скульптора.

В общем-то, источники правы — из статуй и памятников эта работа в Баку на самом деле единственная. Но это не повод забывать о человеке.

Елизавета Родионовна Трипольская родилась 19 (31) ноября 1881 года в селе Опошня Полтавской губернии в семье богатых помещиков-дворян, имевших владения в Опошне, Должке и Зенькове. У нее было пять братьев: Сергей, Дмитрий, Владимир, Георгий и Николай.

С юношеских лет Елизавета имела большую тягу к рисованию, а особенно к скульптуре: лепила из глины небольшие фигурки людей, и все вокруг отмечали, что они получались очень выразительными.

В 1889 году Елизавета поступает в Полтавский институт благородных девиц. По некоторым сведениям, дядей Елизаветы был известный украинский пейзажист Михаил Иванович Холодовский (1855-1926). Очевидно, именно он рекомендовал свою племянницу преподавателю Полтавского института благородных девиц Василию Алексеевичу Волкову. У Волкова девушка получила начальное профессионально-художественное образование.

В 1896 году Елизавета оканчивает институт с серебряной медалью. Но на этом она не останавливается, хотя многие ее современницы считали подобное учебное заведение вершиной своего образования и вели жизнь почтенных домохозяек. Но только не Елизавета!

Она едет в Петербург — продолжать учебу. С 1897 года молодая художница продолжила изучать искусство пластики в мастерских скульпторов Л. Шервуда, В. Беклемишева, Р. Баха; в Петербургской художественной школе Общества поощрения художников; у графиков А. Ционглинского, Д. Кардовского.

В 1903 году в возрасте 22 лет художница уже принимает участие в художественной выставке к открытию памятника И.П. Котляревскому в Полтаве. Через некоторое время Трипольская едет в Париж, где в 1906-1907 годах продолжает обучение в студии Н. Аронсона и в мастерской Вьежаля, постигая искусство обработки мрамора.

Надо сказать, что жизнь Елизаветы была несколько необычна для девушек ее сословия: она сумела поехать в Париж без разрешения матери, жила там в коммуне с молодыми художниками из разных стран, постригла волосы… Это все сказалось, конечно, и на ее личной жизни. Многолетнее ухаживание одного из Пассеков так ничем и не завершилось — Елизавета на всю жизнь осталась одинокой.

После возвращения из Парижа Елизавета, вдохновенная творческой парижской атмосферой, в 1907 году создает модель девушки-украинки и красавца-водяного для фонтана перед зданием Полтавского земства.

Исследователь А.В. Нименко так описывал проект этой монументально- декоративной скульптуры:

«Девушка идет по воду. Водяной, который вдруг выбегает ей навстречу, переворачивает ведра красавицы, набирает в рот воды и с юмором запускает ей в лицо струю. Проект фонтана был должным образом оценен и одобрен для сооружения. Скульптор вылепила и отформовала в своей миргородской мастерской из гипса фигуры девушки и водяного, но по каким-то причинам фонтан так и не был сооружен».

В течение 1904-1909 годов Трипольская работает с различными материалами. В последующие годы появляются мраморный «Портрет мальчика», который экспонировалась на Весенней выставке в Петербурге; терракотовые бюсты девушек, анималистическая скульптура, бюсты сельских мужиков, а также женский бюст «Цокотуха», который со временем получил Куинджевскую премию.

Дальше были всевозможные выставки — в Киеве (1910), в Петербурге (1911) в Петербургской академии художеств и др. В это время Трипольская живет и творит в собственном имении в Зенькове.

В 1914 году Трипольская получила и выполнила один почетный заказ: модель пьедестала для памятника Екатерине II в Екатеринославе (ныне Днепропетровск).

В 1918 году произведения Трипольской экспонируются на Первой выставке Общества деятелей украинского пластического искусства в Киеве. В том же году она пробует свои силы в майолике, которая в дальнейшем станет делом всей ее жизни.

Тут в судьбу Трипольской вмешивается Октябрьский переворот и последовавшая за ним Гражданская война. Жизнь была тяжелой, испытания сыпались за испытанием: дружная семья оказалась разрозненной. Особенно тяжелым выдался 1918 год. Несмотря на то, что имение в Зенькове охранялось вооруженным отрядом осетин, они не смогли противостоять уголовникам, выпущенным из тюрем Львом Троцким.

Бандиты разграбили имение и зверски убили подсвечником на глазах Елизаветы ее отца, чудом оставив в живых ее саму. Трипольская стала искать своего брата Владимира.

А Владимира судьба вместе с женой забросила в Баку (до этого он, по воспоминаниям Вероники Трипольской — внучатой племянницы Елизаветы, некоторое время жил в Байрам-Али).

По дороге в Баку в районе Астрахани Елизавета заболела тифом. Долго промучившись от тяжелейшего заболевания одна в чужом городе, она смогла выжить, но почти полностью оглохла, что намного осложняло и без того тяжелую жизнь дворянки в государстве рабочих и крестьян.

Вероника Трипольская вспоминает:

«Бабушка Анна Васильевна (жена Владимира, брата Елизаветы — О.Б.) мне рассказывала о появлении Елизаветы Родионовны в Баку. Однажды, открывши дверь на неурочный стук, она увидела Лизу в каком-то страшном рубище чуть ли не на голое тело, и как они обе плакали, вспоминая свою прошлую жизнь и страшась непонятного будущего. Как они жалели, что Владимир решил не покидать Россию, считая, что инженеры всегда и везде будут востребованы.

Какое-то время после прихода большевиков, когда в Баку было особенно тяжело с работой, Елизавета Родионовна работала в Оперном театре художником по костюмам. Конечно, сейчас, очевидно, невозможно найти каких-либо эскизов, а так жаль! У нас дома хранились марионетки, исполненные ею…

Виделись мы с Елизаветой Родионовной обычно раз в неделю по четвергам, когда в выходной день Анны Васильевны они вдвоем приходили обедать к нам в Крепость на Большую Крепостную, 23. Для меня это всегда было событием! Я обычно ждала на балконе, когда увижу поднимающихся вверх по улице высокую худую Елизавету Родионовну и маленькую плотную Анну Васильевну…

Летом наши встречи были более частыми. Я с бабушкой Саррой Моисеевной (мамина мама) чуть ли не каждый день ходили на Бульвар в Купальню, где Елизавета Родионовна делала наброски, благо натуры было — хоть отбавляй! Я вовсю старалась ей подражать…»

По другим данным, Трипольская попала в Баку 20-х годах — была командирована ВХУТЕИНом. Возможно, стажировка совмещалась с ее обучением в Высшем художественно-техническом институте, открытом в Петрограде в 1922 году на базе Академии художеств.

Но эти данные вряд ли верны — они, так сказать, официальные, а воспоминания потомков Трипольской, естественно, более достоверны и не имеют советской политической окраски.

Как бы там ни было, но с 1922 года Трипольская уже постоянно проживает в Баку, где выполняет барельефы и горельефы «Земледелие», «Музыка», «Прометей», «Наука» для интерьеров Академии Наук Азербайджанской ССР. Именно Трипольская стала автором самого первого памятника 26-ти Бакинским комиссарам (1923). Правда, памятник комиссарам представлял собой одиночную фигуру, но от этого был не менее выразительным.

Памятник этот, к сожалению, не сохранился: в 1958 году его демонтировали — для установки памятника скульптора С.Меркурова, и в дальнейшем уничтожили.

Но, к счастью, мы можем любоваться горельефами Трипольской на фасадах кинотеатра «Низами» на уровне летнего кинозала — двумя со стороны улицы 28 мая и одним со стороны проспекта Бюльбюля.

А вот потрясающих горельефов на не менее потрясающем здании Русско-Персидской ярмарки (1925-1926 годов постройки), перешедшем потом к чулочной («Дунькиной») фабрике, уже нет: памятник архитектуры и истории опять кому-то помешал.

Еще одно известное произведение Трипольской — горельефы на старом здании ТЮЗа, который стоял на месте нынешнего.

Сохранились данные, что Елизавета Трипольская с 1928 года была членом Союза художников Азербайджана, творила в русле соцреализма. С 30-х годов известны ее скульптурные портреты первой летчицы-азербайджанки Зулейхи Саидмамедовой, инженера С.Рагимовой, а также статуя «Колхозница», произведение «Победа» (1949).

Кроме монументальной скульптуры, Трипольская много работала по фарфору и фаянсу, рисовала, создала памятник Ленину в Ашгабате (1927).

В 1927 году Трипольская выполнила для Ломоносовского фарфорового завода несколько скульптур: «Восточная женщина», «Афганка» («Восточная женщина, закутанная в чадру» и «Восточная женщина, снимающая чадру» — одно из лучших произведений зрелой Е.Трипольской), «Восточный носильщик (Амбал)». Работала она и над росписью посуды.

Однако звания заслуженного художника Трипольская так и не получила, хотя очень на это надеялась после персональной выставки в 1955 году в Музее искусств им. Мустафаева. Дело в том, что брат ее был репрессирован, до его реабилитации она не дожила, а без этого о каком звании могла идти речь?

Умерла Елизавета Трипольская 6 ноября 1958 года в Баку. Судя по всему, после инсульта. Она лежала в Кировском институте, но, несмотря на старания лучших врачей, спасти ее не удалось.

Елизавета Трипольская похоронена на Арменикендском кладбище, а в конце 1982 года ее племянник Олег Владимирович перезахоронил тело на новом кладбище рядом со своей мамой Анной Васильевной. Он установил и надгробие, на котором написал «От Союза художников Азербайджана».

В России произведения Елизаветы Трипольской хранятся в Государственном русском музее, Всероссийском музее декоративно-прикладного и народного искусства, Музее Дмитровского фарфорового завода.

Данные о последних годах жизни, о семье и потомках, о месте захоронения получены от подвижников-исследователей с сайта www.ourbaku.ru

Из серии «Тайны Баку»

Loading...