Бакинская жизнь глазами француза «без стекла»

baku-photo-paul-nadar

О.БУЛАНОВА

Человека всегда интересовало его прошлое, его родословная, история его родного города, страны… А вот интересно, что бы мы делали, если бы не исторические документы, свидетельства современников, картины и гравюры, отражающие людей, их быт, городской пейзаж и т.п.

Но самое главное — фотографии. Картину можно написать, исходя не из реалий, а из своей фантазии, свидетельства — придумать или приукрасить, а фото не придумаешь и не приукрасишь.

Они — тот самый факт, который упрямая вещь. Благодаря им, начиная с середины XIX в., мы можем в полном смысле слова улететь на машине времени в навсегда ушедшее прошлое и представить себе, как выглядел наш город и люди, его населявшие.

К счастью, Баку всегда привлекал не только путешественников, но и фотографов. Одним из интереснейших мастеров фотоискусства был французский фотограф Поль Надар. Благодаря его увлечению нам осталось много уникальных снимков Баку, сделанных в 1890 г.

Поль Надар родился в 1856 г. в семье великого Гаспара-Феликса Турнашона (1820-1910), известного в истории как Надар. Надар-отец стал легендой еще при жизни. Это был величайший фотограф XIX в., основоположник жанров портрета и ню, а также писатель, журналист, художник-карикатурист, путешественник, воздухоплаватель, создатель военной авиационной разведки задолго до появления самой авиации, исследователь парижских катакомб…

Камера Надара запечатлела многих великих людей — писателей, актеров, политических деятелей, философов и мыслителей XIX в. А сам он послужил прообразом журналиста Мишеля Ардана, героя двух романно Жюля Верна — «С Земли на Луну» и «Вокруг Луны», одного-единственного француза в составе американской экспедиции. Фамилия героя «Ардан» — не что иное, как анаграмма имени «Надар».

Сын этого удивительного человека — Поль Надар — унаследовал дело отца, став под его руководством блестящим фотографом-портретистом. С 1874 г. он работал в отцовской студии на улице Сен-Лазар, а в 1866-1887 гг. официально ее возглавлял.

В 1890 г. Поль предпринимает длинное путешествие, конечной целью которого становится Всемирная выставка в Ташкенте (т.н. Туркестанская выставка, ставшая одной из лучших выставок той эпохи).

Этнографическая экспедиция была организована Международной компанией спальных вагонов и знаменитых европейских экспрессов и должна была проходить по Закавказью и русскому Туркестану. Выражаясь современным языком, это был инфотур. А в любом инфотуре обязательно нужен фотограф, и на эту роль как раз и был приглашен Поль Надар.

Выехав из Парижа в знаменитом «Восточном экспрессе», он в августе пребывает в Стамбул. Очарованный красотой этого города, Надар очень много его снимает. Через пару дней путешествие продолжается, фотограф пересекает Черное море, высаживается в порту Батума, откуда следует в Тифлис. Из Тифлиса его путь лежит в Баку.

Места, снятые Надаром в Баку, имели в 1890 г. совершенно не тот вид, какой имеют сегодня, что делает его репортаж о городе конца XIX в. документальным свидетельством огромной важности. То же касается многочисленных архитектурных зданий — мечетей, медресе, караван-сараев, жилых домов и т.п.

Он фотографирует улицы, оживленные базарные площади, бродячих торговцев, досуг бакинцев и новое городское общество, семьи, играющих детей, соколиные охоты, нефтяные поля, строительство Закаспийской железной дороги, современные типажи и людей, придерживающихся еще дедовского образа жизни, — все становится объектом его интереса.

Он также делает портреты местных градоначальников, военных и т.п. Фоторепортаж Надара является одним из первых «больших репортажей» в истории фотографии, если не самым первым.

Любопытно, что если отец Надар-отец стал прообразом героя двух романов Ж.Верна, то вояж Нодара-сына, рассказы путешественника и фотографии сподвиг великого писателя- фантаста на сочинение целого романа — «Клодиус Бомбарнак».

Большую роль в этом уникальном путешествии сыграл и тот факт, что Надар пользовался не громоздкой фототехникой с тяжелыми стеклянными пластинами, а самой современной камерой тех лет: «Eastman» от фирмы «Кодак».

Это был небольшого размера аппарат, который позволял запечатлеть окружающий мир на гибкой 3,5-дюймовой ленте. В истории фотографии П.Надар был первым во Франции фотографом, отправившимся в путешествие «без стекла».

Таким образом, все его фото бакинского периода являются первыми в истории Азербайджана кадрами, снятыми на пленку. (Кстати, по возвращении в Париж Поль Надар становится представителем фирмы «Кодак» во Франции. Выражаясь опять же современным языком, это было что-то типа тест-драйва новой техники. Который, к слову, прошел великолепно).

Будучи в Баку, Надар как специалист по классическим портретам чувствует себя как дома, т.е. так же легко, как и в своей парижской студии. Его фото поражают мастерством техники и производят глубокое впечатление.

Ни разу не дает Надар пробиться в своих снимках «живописности» в ущерб достоверности и реальности. Его фото, полные жизни и чувств, остаются для нас свидетельствами жизненных сцен и пейзажей того времени.

Разглядывая бакинские снимки Надара, узнаешь интересные и неожиданные вещи. К примеру, выясняется, что здание Тифлисского вокзала, считавшегося, кстати, самым красивым в Российской империи тех лет и описанное в том же «Клодиусе Бомбарнаке», выглядело тогда несколько иначе.

При расширении корпуса в XX в. оно утратило ризалиты (часть здания, выступающая за основную линию фасада и идущая во всю его высоту), а также красивую лестницу с балюстрадой, из-за чего стало скучным по объему.

Современная пристройка с левого бокового фасада тоже не делает его эффектнее, а ведь в 1890 г. здание доминировало над пейзажем и, стоя на площади, его красоту можно было обозревать с трех сторон.

Благодаря кадрам Надара можно четко представить, как проходили некоторые маршруты конки. Так, например, конка по ул. Пушкина доходила практически до Тифлисского вокзала, точнее, до садика, разбитого перед ним. Садик, кстати, как и ризалиты, исчез…

Любопытно, что поворотного круга не было, значит, лошадь, везущая конку, перепрягалась — по такому же принципу, по какому машинист поезда метро переходит из «головы» состава в «хвост», и состав начинает по тем же рельсам двигаться в другую сторону.

Фото Надара позволяют точнее датировать другие фото Баку XIX в., т.к. время их создания точно установлено. Иными словами, если на чьих-то других кадрах чего-то нет, значит, они сняты ранее 1890 г. И наоборот: если есть что-то, чего нет у Надара, значит, сняты позже 1890 г.

Разглядывая бакинскую акваторию, запечатленную Надаром из Ичери шехер, автор только на одном снимке насчитала 68 судов (возможно, их там было и больше, просто Девичья башня закрывала какую-то часть акватории). Такое количество судов прямо указывает на значимость Бакинского порта, на объем его грузо- и пассажироперевозок.

И становится понятно: утверждение, что Бакинский порт был главнейшим по грузообороту в Российской империи, — не голословное утверждение, а истина. С которой опять же не поспоришь, как бы наши соседи не обвиняли нас в преувеличении собственной значимости.

Рассматривая городские типажи, которых на фото Надара очень много, можно сделать одно очень ценное наблюдение: на улицах удивительная чистота. Ни мусора, ни нечистот, ни каких-то грязных канав. Причем даже в бедных кварталах — если судить по покосившимся домишкам и немудреной одежде их обитателей.

И это как-то идет вразрез с некоторыми воспоминаниями современников, утверждавших, что улицы Баку зачастую представляли собой крайне жалкое зрелище в плане санитарии.

И, согласитесь, как-то сложно представить себе Надара, метущего метлой мостовую, прежде чем запечатлеть сидящих прямо на ней детей, идущих военных, разговаривающих женщин…

Случайные совпадения, а в других местах была непролазная грязь? Но в таком случае «случайных совпадений» слишком много. Заподозрить французского фотографа в том, что он специально выбирал наиболее чистые места для своих съемок, тоже не получается, потому что его туркестанская серия говорит об обратном: снимал, что видел. А зачастую видел не самые приглядные детали, включая грязные улицы и свалки мусора на заднем плане.

Большое внимание Надар уделил различным судам в порту, а также повседневной жизни на пристанях, в доках и т.п. И снова поражаешься порядку, в каком на причалах сложены грузы, а на кораблях — снасти и те же грузы, как аккуратно выглядят амбалы и портовые служащие.

Кроме состояния города в плане чистоты благодаря фото Надара можно составить четкое представление о том, как и во что одевались самые разные слои населения, как и где они жили.

Особенно это касается домов в Ичери шехер и в районе Чемберикенда. Тот же камень-кубик, те же кривые деревянные косяки, те же двери… Вот только брусчатки на улицах было гораздо больше. К примеру, на фотографиях видно, что площадь перед Шамахинскими двойными воротами была целиком из брусчатки.

После Баку Надар достигает русского Туркестана и прибывает на Ташкентскую выставку, оставившую значительный след в культуре не только Туркестана, но и мира.

В общей сложности Надар колесил по региону в течение двух месяцев — сначала на поезде, направившись по Закаспийской магистрали, затем на конной повозке. Из уникального путешествия он привез более 1200 негативов, ставших итогом уникального путешествия.

Поль Надар скончался в первый день Второй мировой войны — 1 сентября 1939 г. Начиная с этой даты, студия Надар быстро приходит в упадок. И хоть фамилия Надар и осталось знаменитой в истории фотографии, но само имя Поля почти забыто: в работах историков искусств фото Поля до недавнего времени приписывались его отцу.

К великому сожалению, потому что если Надар-отец оставил нам портреты великих современников, то Надар-сын — типы и виды Баку.

Кстати, именно его фотографиями был иллюстрирован «Путеводитель по Закаспийскому краю и Закаспийской железной дороге», о котором можно прочитать в газете «Каспий» за май 1891 г.

Из серии «Тайны Баку»

Loading...