Тайны Баку: Исмаилие — красота, родившаяся из трагедии

О.БУЛАНОВА

Так уж получилось, что одно из самых красивых зданий в Баку обязано своим рождением большой человеческой трагедии. Речь о знаменитом Исмаилие, которое до 1917 г. называли «Палаццо Исмаилие», поскольку в его облике явственно прослеживаются итальянские архитектурные традиции. Но обо всем по порядку.

Один из крупнейших представителей азербайджанской буржуазии Ага Муса Нагиев (1849-1919) славился своей скупостью. Был ли он на самом деле скуп и какие суммы он втайне тратил на благотворительность, — тема, достойная отдельного рассказа. Сейчас же скажем только о том, что Нагиев больше стремился создать себе такой, как мы бы сейчас сказали, имидж, — скупца.

Рассказывали, что на одном из приемов, где собирались благотворительные взносы, Нагиев дал сущую копейку. Когда его спросили, почему он дал так мало, и привели в пример его сына, пожертвовавшего крупную сумму, Нагиев усмехнулся и ответил, что его сын — это сын миллионера и может себе позволить разбрасываться деньгами направо и налево, а он сын бедного человека и сорить деньгами не приучен.

И вот такой человек вдруг жертвует — открыто и официально — огромную сумму на строительство здания Мусульманского благотворительного общества. Что заставило его так поступить? Все просто и очень печально: он потерял любимого сына, Ага Исмаила, скончавшегося от туберкулеза.

Случилось это незадолго до Новруз байрамы. На праздник еще один известный азербайджанский миллионер Зейналабдин Тагиев устроил торжественный прием — в одном из роскошных залов «в арабском стиле» построенной им женской школы.

Подобные торжества длились не несколько часов, как в наше время, и даже не день, а целых три дня. На эти торжества стремились попасть все уважаемые люди города. Прибыл туда и Муса Нагиев.

Историк М.Сулейманов в книге «Дни минувшие» описал, как Тагиев предложил Ага Мусе пожертвовать крупную сумму на строительство здания Общества, а здание назвать именем его умершего сына, увековечив таким образом его память. Тагиев указал даже место, где должно было бы быть построено здание — рядом с его новой женской школой.

Он давно уже этим озаботился: послал в ноябре 1905 г. письмо в Городской совет с просьбой выделить землю под здание Общества между его школой (ныне Институт рукописей) и типографией газеты «Каспий», находившейся тогда на территории нынешнего садика Сабира в неказистом здании.

Пустырь занимала площадь Габан диби, одно из самых оживленнейших мест Баку, куда из городов и сел Азербайджана привозили для продажи продовольствие, ковры, а также пригоняли скот. Это был настоящий, очень живописный восточный базар.

Кстати, базар этот, получивший прозвище Шейтан-базар, на этом месте появился временно и стихийно. Мусульмане Баку решили построить тут грандиозную мечеть — наподобие тех, что красуются в Стамбуле, Каире, Багдаде, Тебризе.

Предполагалось, что у этой мечети будет несколько куполов, шесть минаретов с парными балконами, а вокруг будет разбит сад с бассейнами и фонтанами. Городская управа знала об этих планах, но оттягивала решение вопроса.

В том числе и потому, что этому строительству активно противилось православное духовенство — грандиозная мечеть была слишком близко от главного бакинского православного храма — Александро-Невского собора.

Просьба Тагиева о строительстве здания Мусульманского благотворительного общества была удовлетворена, дело оставалось за малым — за финансированием. Конечно, не согласись Нагиев на пожертвование, здание все равно было бы построено — деньги бы нашли по-любому, но все случилось так, как случилось, — Нагиев с радостью согласился.

О том, что деньги в любом бы случае нашлись, говорит и объявление, которое на следующий день поместил в «Каспии» Тагиев: «…если Муса Нагиев обанкротится, я беру обязательство построить здание «Исмаилие» на свои средства».

Для проектирования Исмаилие был приглашен один из лучших бакинских архитекторов того времени — поляк Иосиф Плошко, в будущем — главный городской архитектор. Проект его первого монументального сооружения в Баку был готов к 1907 г., но закладка фундамента была произведена лишь 21 декабря 1908 г.

Такой долгий промежуток времени объясняется тем, что православное духовенство опять «мутило воду»: что мечеть, что здание Мусульманского благотворительного общества им одинаково было не по сердцу. Православное духовенство поддерживали и некоторые члены Городской думы, доказывавшие необходимость разбить на этом месте городской сад.

Мирные бакинские обыватели тоже внесли свою пассивную лепту в споры: очень уж им нравился Шейтан-базар! Говорят, что они даже прорубили в крепостной стене проем, чтобы удобнее было ходить из Ичери-Шехер за покупками.

Однако Городская дума все-таки приняла правильное решение, Шейтан-базар снесли и фундамент был заложен. В газете «Каспий» в тот день вышла заметка об этом событии, в которой, в частности говорилось, что во время закладки фундамента ахунд губернии Мирмамед Карим Гаджи Мирджафарзаде дал свое благословение.

Закладка фундамента прошла невероятно торжественно. Собрались все уважаемые люди столицы. В стальную шкатулку положили золотой брусок с выгравированной датой начала строительства, шкатулку запечатали ее и поместили в фундамент. И закипела работа!

Из местечка Гызыл гая верблюжьи караваны и арбы, запряженные тяжеловозами, с утра до поздней ночи возили камень. Весь город следил за работой, с уст не сходили имена искусных мастеров-каменщиков.

Они не знали отдыха, воплощая каменную симфонию Иосифа Плошко в жизнь, расцвечивая камень сказочными узорами — диковинными цветами, затейливыми орнаментами…

Строительство было закончено в начале 1913 г., и город ахнул. Это был уникальный проект! Впрочем, практически все здания в Баку того периода уникальны — город представляет собой неповторимый архитектурный феномен Востока, настоящий архитектурный микс, в котором смешалось все самое лучшее из мировой архитектуры.

Но Исмаилие все-таки стоит на особом месте. Плошко за основу своего творения взял облик венецианского дворца Ка-д’Оро («Золотой дом»), являвшегося ярким представителем стиля венецианской готики XV в. Свое название дворец получил благодаря золотому декору из сусального золота.

Исмаилие — настоящее художественное произведение, вызывающее сильные эмоции и поражающее невероятно красивым декором.

На фасадах были высечены золотыми буквами изречения: «Человек возвышается трудом, и только трудом может достичь цели», «Труд сотворил человека», «Человек должен стремиться к знаниям от рождения до смерти» и т.п. Эти изречения высек на стенах здания известный каллиграф Мирза Асадулла Хилал.

Кроме этого, Исмаилие прекрасно вписано в городской ландшафт. А это была трудная задача! Участок для строительства занимал в структуре улицы выгодную в планировочном отношении позицию, но в архитектурном аспекте очень ответственную.

Дело в том, что, во-первых, у здания три фасада, а во-вторых и главных — рядом уже красовалось великолепное здание женской тагиевской школы, а заданное архитектурное лицо улицы требовало создания еще более выразительного сооружения. И Плошко с этим справился — Баку обогатился одним из самых красивейших своих зданий.

Кстати, Плошко еще на стадии проекта признался, что он давно мечтал возвести в центре Баку грандиозный дворец, украшенный азербайджанским орнаментом.

Между прочим, здание Исмаилие уникально не только своей архитектурой. М.А. Расулзаде позже в своей книге «Азербайджанская Республика», изданной в Турции, писал: «Возможно, это здание первое в исламском мире, построенное с этой целью».

К сожалению, со временем цели сменились. Во время Первой мировой Исмаилие стало больницей. Но благотворительность была и тогда. Известный писатель Саид Гусейн в 1919 г. писал: «…Скольких же сирот… оно приняло в свои объятия как милосердная мать. Все, кому была нужна помощь, взирали только на него. Те, кто обратились к нему, не остались без ответа».

В тот же 1919 г. для Исмаилие настали черные дни. Армяне, устроившие в Баку геноцид (подлинный, а не выдуманный армянами в свой адрес), сожгли прекрасное здание. Говорят, что одной из главных причин преждевременной кончины Мусы Нагиева стало сожжение его детища, символизирующего умершего сына.

Он не узнал и одиозный факт переименования Исмаилие в 1924 г. в… им. Ленина! Произошло переименование буквально в одну ночь — через неделю после смерти «дедушки Ленина». Правда, бакинцы продолжали звать здание старым именем, хотя еще в 1923 г. его переименовали просто в «Культурный дворец».

К моменту переименования здание уже было восстановлено (правда, восстановительные работы начались лишь в 1921 г.), хотя были мысли вообще снести этот оплот буржуазии и мусульманства.

Во время реставрации были удалены надписи на фасадах, а впоследствии появились и большевистские звезды, немало смущающие туристов.

В последующие годы Исмаилие меняло хозяев и названия. В разные годы там размещались общество «Исследование познания Азербайджана», Дворец образования, Дворец турецкой культуры и многое другое.

Из серии «Тайны Баку»

Loading...