Бурение первой нефтяной скважины на Биби-Эйбате: правда и мифы

Г.САЛАЕВ

В 1825 году после работы в Грузинской горной экспедиции в Баку прибыл молодой ученый, горный инженер Николай Иванович Воскобойников (1801 — после 1846), подполковник корпуса горных инженеров.

Всего через два года после начала работы на промыслах он составил классификацию местной нефти, описал процесс ее добычи из колодцев, дал описание каждого из балаханских колодцев и разработал предложения по улучшению условий хранения нефти.

Это был первый в мире научный труд в области нефтяной промышленности, а он первым в мире инициатором новаторских преобразований на начальном этапе становления отечественной нефтяной индустрии. Он дал первое подробное описание способов крепления нефтяных колодцев и добычи из них нефти, объяснил происхождение «белой нефти», впервые указал на тесную связь между проявлениями грязевого вулканизма и нефтяными месторождениями. Но об этом у нас практически ничего неизвестно.

В 1834 — 1838 гг. Воскобойников, став директором бакинских и ширванских нефтяных и соляных промыслов, отправил министру финансов Российской Империи предложение по организации в Баку добычи и переработки нефти. В те времена министр финансов имел звание главноначальствующего Корпуса горных инженеров.

В донесении он резонно указывал, что более 90% добываемой на Абшероне нефти продается в Персию (Ирану) и лишь оставшееся количество пудов перерабатывается и поступает на внутренний рынок. Это притом, что Россия закупает дорогой импортный, в первую очередь американский, фотоген (керосин).

Как ни странно, но к донесению Воскобойникова правительство отнеслось с вниманием. Уже в конце 1837 года в Балаханах заработал завод, спроектированный Воскобойниковым, на котором впервые в мире была применена перегонка нефти вместе с водяным паром, а нефть подогревалась при помощи природного газа. Однако Николай Иванович не успел поруководить своим детищем, — в его жизни происходит резкий поворот. В начале 1838 г. он был обвинен в попустительстве к утрате около полутора тысяч халваров (один халвар равен 320 кг) добытой нефти и отстранен от работы.

Хотя комиссия из Тифлиса подтвердила его непричастность к утрате нефти, в прежней должности его не восстановили, а в 1839 г. был закрыт и сам завод. Все последующие предложения Николая Воскобойникова по совершенствованию нефтяного дела наталкивались на непробиваемую стену равнодушия со стороны местных чиновников Горного департамента.

С 1842 года он служил в Kорпусе горных инженеров, в 1846 году Н.И. Воскобойников вышел в отставку. В дальнейшем он провел исследования месторождений руд меди, свинца, мышьяка, железа, каменной соли, нефти, минеральных вод на Kавказе, в Kрыму и на территории Персии. Персидскими властями был награжден Орденом Льва и Солнца. Но история его предложения по нефтяной индустрии в Баку продолжалась.

Судьбой Воскобойникова и его предложением по нефтяной промышленности в Баку занялся Василий Николаевич Семенов, (1801-1863), друг и цензор А.С. Пушкина, коллежский асессор, цензор. Он член Совета Главного Управления Закавказским краем, управляющий учебной частью этого региона, также занимался культурой этого края. Но, при всех его достоинствах, не имеющий доселе никакого отношения к нефти и технике вообще.

Однако он принимает деятельное участие в судьбе Воскобойникова и его предложениях. Он от своего имени 22 декабря 1844 года подает документ по нефтяному делу главнокомандующему Закавказским краем генералу А.И. Нейдегардту с целью последующего направления документа непосредственно министру финансов. Расчет Семенова в полной мере оправдался. Генерал Нейдегардт наложил необходимую положительную резолюцию на донесение, и документ сразу же ушел в Санкт-Петербург.

Уже 30 апреля 1845 г. по распоряжению министра финансов Каспийская казенная палата отпустила одну тысячу серебром на производство бурения и поручила новому директору Бакинских нефтяных промыслов майору корпуса горных инженеров Алексееву организовать разведочное бурение на Биби-Эйбате. Имеющиеся документы свидетельствуют, что бурение скважин на Биби-Эйбате осуществлялось уже с 1846 г.

Сохранилась и докладная записка Наместника Кавказа Воронцова от 14 июля 1848 г. министру финансов Вронченко, в которой говорится: «Я разрешил провести новые работы на нефть в Бакинском уезде… Директор Бакинских и Ширваниских промыслов доносил, что пробурена на Биби-Эйбате буровая скважина, в которой находится нефть».

Таким образом, 14 июля 1848 года является датой первого в мире бурения нефтяной скважины ударным способом с применением деревянных штанг. Ксати, в США (Пенсильвания) первое бурение осуществилось полковником Эдвином Дрейком лишь в 1859 году. Таким образом, предложения Воскобойникова с подачи Семенова, претворилось в жизнь.

Спустя почти сто лет историки решили узнать имя автора бурения скважины: Семенов или Воскобойников?

В 1936 г. в журнале «Историк- марксист» появляется статья А. Мамедова «Азербайджанское нефтяное хозяйство до отмены откупной системы (1800-1872 гг.)», где был впервые упомянут документ и предложение, сделанное в нем «членом совета Главного управления горными промыслами» Семеновым о необходимости организации добычи нефти на Абшеронском полуострове путем бурения нефтяных скважин. В последующих публикациях «Главное управление горными промыслами» и фигура реального статского советника Семенова стали обрастать новыми подробностями, причем каждый автор вновь и вновь стремился привнести новые и новые подробности.

В книге К.А. Пажитнова «Очерки по истории бакинской нефтедобывающей промышленности» можно прочесть следующее: «В 1844 г. служащий Горного ведомства Семенов предложил добывать нефть с помощью скважин. В 1848 г. ему удалось пробурить на Биби-Эйбате (около Баку) первую в мире нефтяную скважину».

В фундаментальном труде С.М. Лисичкина «Очерки по истории развития отечественной нефтяной промышленности» сказано: «… в 1844 г. русский чиновник Горного ведомства Семенов предложил углублять нефтяные колодцы посредством бурения».

В книге В.А. Соколова «Нефть» находим: «Идея бурения скважин для добычи нефти возникла в середине прошлого столетия. В России такое предложение было сделано инженером Семеновым, который начал бурение скважин на Абшеронском полуострове в районе Биби- Эйбата».

В статье А.Нариманова «Нефтяная история. Возможность ее возникновения в Азербайджане», опубликованной в известном американском журнале «Oil and Gas Journal», утверждается: «Бурение первой в истории нефтяной скважины было произведено по инициативе русского инженера Семенова в районе Биби-Эйбат на Абшеронском полуострове в 1848 г.».

Апофеозом подобного мифотворчества, пожалуй, являются публикации К.Джафарова в отечественной периодике. Этот автор ставит Семенова даже впереди имен великого русского ученого Менделеева, выдающегося инженера Шухова и одного из ярких представителей российского горного дела XIX в. профессора Романовского.

Удивительно, но ни у кого из отечественных историков, специализирующихся на проблемах истории отечественной нефтяной промышленности, не возникло стремления обратиться к изучению жизненного пути В.Н. Семенова.

Каким же образом, организатор и инспектор народного образования, литератор, переводчик, «человек гуманитарного образа мысли», не имеющий инженерного образования и никакого опыта в нефтяном деле, мог сделать такое предложение с техническими подробностями? При том Семенов жил на Кавказе, причем в основном в Тифлисе, чуть более полутора лет.

Возникает вопрос: как он смог подготовить столь обстоятельный аналитический документ и продуманный план реорганизации нефтяных промыслов Абшеронского полуострова? Тем более что как до 22 декабря 1844 г., так и после этой даты Семенов никогда больше не обращался к вопросам нефтяного дела? К тому же в биографии Семенова не отражен его контакт с нефтяной промышленностью ни ккоей мере.

Тщательный анализ текста донесения в сопоставлении с документами, повествующими о событиях, происходивших на Абшеронском полуострове в то время, позволил определить истинного автора этого документа.

Изучение биографии и послужного списка горного инженера Николая Воскобойникова приводят к несомненному выводу, что именно он и был истинным автором донесения от 22 декабря 1844 г. Можно ясно представить, что во время встреч Николая Воскобойникова с Василием Семеновым последний не остался равнодушным к судьбе опального горного инженера. Он проникся искренним сочувствием и решил помочь Воскобойникову.

И это похвально! Он хорошо знал действия хитроумного механизма принятия решений в бюрократических структурах правительственных департаментов и психологию чиновничества. Это привело Семенова к весьма неординарному решению — подаче документа по нефтяному делу от своего имени главнокомандующему Закавказским краем генералу Нейдегардту с последующим направлением его непосредственно министру финансов, минуя Горное отделение Грузино-Имеретинской казенной палаты и штаб отдельного Кавказского корпуса горных инженеров, а также и Горный департамент. Расчет Семенова в полной мере оправдался.

Не исключено, что этот документ был составлен с согласия Воскобойникова или даже под его диктовку! Но почему имя Семенова вошло в историю, а Воскобойникова нет? По-видимому, министр, выделяя тысячу рублей, упомянул Семенова как автора предложения, не желая вспоминать Воскобойникова, который был в опале.

Таким образом, Семенов-литератор превращается не только в инженера, но инженера-новатора, а Воскобойников, истинный инженер, погружается в тень истории. Как бы то ни было, Николай Иванович Воскобойников о воплощении в жизнь его идей, возможно, успел лишь услышать. Его имя первопроходца в истории нефтяной индустрии, не сохранилось. А, независимо от того, где истина, Семенов вольно или невольно присвоил себе приоритет.

По материалам «Независимая газета», N161, 02,09. 1998 г.