Тайны Баку: Юрий Фидлер — одно из забытых имен

О.БУЛАНОВА

Юрий Фидлер родился 29 (16) июня 1898 г. в Саратове в семье юриста. Его детские годы прошли в Пятигорске. Потом его семья переехала в Баку. Юрий учился в бакинской гимназии, на Гимназической улице (позднее улица Толстого).

Обучение он завершил в 1917 г. Еще известно, что с юных лет начал писать стихи. Еще в гимназические годы Фидлер знакомится с Ниной Николаевной Алексеевой (1899-1954) — своей музой, любовью и будущей женой и посвящает ей лирические стихи — «Нине». В 1922 г. Юрий и Нина поженились, и в январе 1923 г., а затем в декабре 1924 г. у них родились две девочки — Кира и Ника.

Молодая семья поселилась на Коммунистической улице, 5 (позднее Истиглалият), а в 1926 г. Фидлеры переезжают в новый, построенный для работников промбанка дом по улице Свободы, 26 (позднее Уз.Гаджибекова). В этом доме Фидлер с семьей прожил до 1981 г.

Трудовая деятельность Фидлера началась с должности счетовода в бакинском промбанке на рубеже 20-х гг. Не оставляя службы, он начинает печататься в бакинских газетах: участвует в стихотворных конкурсах «Буриме» и выходит победителем: первая премия и денежное вознаграждение.

В конце 20-х — середине 30-х наступило время первого большого успеха и популярности: под псевдонимами «Егор Ехидный» и «Артем Проныра» Фидлер выступает на страницах бакинских газет и центральных сатирических журналов со стихотворными фельетонами на бытовые и производственные темы, обличая лодырей, прогульщиков, бюрократов и головотяпов, высмеивая пошлость и самомнение, эгоизм и стяжательство.

Фидлер известен также и как автор стихотворных реприз, написанных для бакинского молодежного Театра Агитбригады (будущий Театр русской драмы), с которым он тесно сотрудничал в те годы. В декабре 1934 г. размеренное течение жизни нарушает неожиданный арест: Фидлера обвиняют в антисоветской деятельности.

Одновременно с ним была арестована большая группа бакинской интеллигенции по подозрению в причастности к убийству С.М. Кирова. Впоследствии известный бакинский ученый, геолог М.Мовсум-заде, сидевший с Юрием Фидлером, вспоминал, каким оптимизмом и выдержкой тот обладал, как поддерживал товарищей, читал стихи… К счастью, через полгода обвинение с Фидлера было снято, и его выпустили.

С середины 30-х к нему приходит новая волна популярности: он пишет пьесу для детей «Буйная ватага», которую ставит Бакинский ТЮЗ, а затем приступает к написанию сценария для одноименного фильма. Любопытно, что в съемках «Буйной ватаги», проводившихся в Баку, были заняты не актеры, а обычные ребята — бакинские школьники.

И если у старшего поколения бакинцев кумиром был Егор Ехидный и они открывали газеты, чтобы прочесть его новый фельетон, то бакинские дети знали и любили «дядю Юру». Когда началась Вторая мировая война, Фидлер работал в жанре политического фельетона.

«Его короткие, как автоматная очередь, политические фельетоны били по врагу и всегда попадали в цель», — писал о творчестве Фидлера поэт Абрам Плавник. Объединенные в цикл «Берлин-Москва и обратно», они были любимы читателями. В последующие два послевоенных десятилетия Фидлер издает шесть стихотворных сборников, оставаясь верным сатирической музе и теме «отцов и детей», школе и школьным будням.

Кроме поэтического творчества Фидлер активно занимался переводами на русский азербайджанской классики и народного творчества. Он переводил стихи и сказки Абдуллы Шаига, басни, сатирические стихи и прозу современных писателей: Хикмета Зия, Рефика Зека, Тофика Муталлибова, Шамседдина Аббасова и других. Книга переводов «Братья-сатирики» (1966) — итог творческого сотрудничества с различными писателями. Большая и тесная дружба связывала Юрия Владимировича с Азгосцирком: более 30 лет он был бессменным автором стихотворных сценариев для цирковых представлений.

Помимо литературной деятельности, он занимался и увлекался конным спортом: в течение четверти века был главным судьей на скачках бакинского ипподрома. Последняя книга стихов и переводов Фидлера «За полвека» вышла в свет за год до его кончины — в 1980 г.

«…Один из счастливых творческих итогов литературной деятельности Фидлера состоит в том, что он не только прояснял и защищал лучшие приметы своего времени, осуждая искажающие его черты, но и сумел выразить в сатирических стихах черты своего личного характера, что всегда является признаком неподдельности дарования… Даже в политических его фельетонах больше насмешки, чем злости, больше иронии, чем сарказма. Таков уж характер Юрия Фидлера», — писал А.Плавник в предисловие к сборнику.

Юрия Фидлера не стало 14 мая 1981 г. Он прожил долгую жизнь, являлся кумиром современников, его стихи и фельетоны цитировали, переписывали в тетрадочки… Его творчество — значительный пласт в литературной истории Баку.

Стоит отметить, что исследователи и энтузиасты с сайта ourbaku.com отыскали внучек Ю.Фидлера, которые поделились еще одной гранью характера этого замечательного человека — его способностью любить.

Писатель, сатирик, публичный человек в семье был «влюбленным Пьеро». Сама любовь, сама забота, само беспокойство — таковым было его отношение к внучкам: Ирине и Наташе Портновым и Лене Фидлер. Когда родилась Ирина (или Ариша, как называл ее сам Фидлер), ему не было и пятидесяти… Первую и нежно любимую внучку он фотографировал с пеленок, завел тетрадь под названием «Ариша», куда записывал все этапы ее роста и развития, ее первые слова и занятные выражения. Он провожал и встречал ее из школы, помогал собирать с вечера портфель, утюжил пионерский галстук и школьный передник. В детстве Ариша часто болела, и привычка прикладывать руку к ее лбу или нащупывать пульс осталась у дедушки надолго. Выражение лица его при этом бывало страдальческим…

Он восхищался и восторгался повзрослевшей Аришей, ее красотой и обаянием, носил при себе ее фотографии, но показывал их только тем, к кому имел особое отношение уважения и доверия: Корнею Чуковскому, Илье Сельвинскому, семье Утесовых, Леониду Зорину… С ними он встречался летом в Домах творчества писателей в Переделкино или в Дубултах, в Юрмале, где работал, спасаясь от бакинской жары. Когда Ариша готовилась к выпускному вечеру в школе, дедушка прислал ей в подарок из Москвы фантастической красоты белые туфельки на шпильках, в поисках которых принимал участие весь переделкинский дом во главе с Эдит Леонидловной Утесовой.

В день рождения Ариши, 8 мая, он исчезал из дому очень рано, а потом возвращался с цветами: чаще всего это были букеты сирени… Не менее страстно он любит младшую внучку — Лену. Каждый день он встречал ее из школы, и этот путь от школы до дома всегда был «общеобразовательным».

Фидлер читал девочке только что придуманные шуточные стихи, исправлял ударения в речи Ленчика-Бубенчика — как он ее называл, а также боролся за «правильный» внешний вид… А тут Лена всегда подыгрывала деду, выбегая со школьного двора в пальто нараспашку и без беретки, спрятанной глубоко в портфеле.

Не желая «мириться с подобным безобразием», дедушка картинно вздрагивал и останавливался как вкопанный, ожидая, когда Бубенчик согласится застегнуться на все пуговицы и надеть берет. Пока наступал «момент истины», прохожие обращали на них внимание, и «спектакль» набирал силу. Лене, несомненно, передался артистизм Юрия Фидлера.

Не случайно, что сразу после окончания школы без всякого специального образования она вышла на сцену бакинского ТЮЗа и стала артисткой. Об еще одной внучке — Натке или Натике (как он ласково называл Наташу), Фидлер рассказал в стихах «Чудеснице Наташе», подаренных ей после окончания университета в 1979 г. Натка мелькает и в других его стихотворениях: «Для приманки» и «Замкнутый круг» из сборника «Избранное» (1970).

Вообще «стихи и рифмы» очень тесно связывали Наташу и Юрия Фидлера. Он рано приобщил девочку к поэзии: лет с восьми разрешал брать свою заветную «Книгу шедевров», всегда лежавшую на его рабочем столе. Книга эта представляла собой переплетенные тетради, куда Фидлер с ранней юности выписывал полюбившиеся ему стихи: «Сусальный ангел» А.Блока, «Сероглазый король» А.Ахматовой, «Концерт Сарасатэ» А.Вертинского…

«Эти стихи до сих пор для меня неотделимы от прекрасного почерка деда», — пишет в воспоминаниях Наталья Портнова. Фидлеру нравились ее самостоятельность, серьезность, «вдумчивость» — как он это называл. Возможно, поэтому он поручал именно ей принимать телефонные звонки, пока отдыхал или уходил по делам.

Чаще других ему звонил Захар Стельник, музыкант широкого профиля, музыковед, педагог. С Фидлером их связывали дружба и сотрудничество, они вместе работали над текстами музыкальных комедий, опер, и зачастую это был перевод с азербайджанского. Стрельник был непревзойденным автором музыкальных «болванок», которые были необходимы поэту для нахождения правильного стихотворного размера. Смысл слов болванки мог быть абсурдным…

«Никогда не забуду, как позвонил Стельник, — пишет Н.Портнова, — и коротко, без особых приветствий попросил передать Юрию Владимировичу, что ария Зульфии идет под размером «Разбился горшок о кувшин», а приветственная песня хора — «Настали дни тревоги на горе Нептун». Через полчаса появился дедушка и принял мою «телефонограмму», а через час он уже диктовал Стельнику готовый текст арии Зульфии и приветственную песню хора, а «разбитый горшок» и «дни тревоги» превратились благодаря творческому союзу музыканта и поэта «в простые слова объяснений, любви и невзгод…».

С той поры все экстремальные обстоятельства нашей жизни обозначаются не иначе, как «Настали дни тревоги на горе Нептун», а менее экстремальные — как «Разбился горшок о кувшин»… «Сегодня мы, его внучки, — продолжает Н.Портнова, — живем в разных городах и даже странах… Но светлый образ нашего любимого деда по-прежнему нас объединяет, переплетаясь в воспоминаниях с нашим Баку».

По материалам сайта ourbaku.com и воспоминаниям Н.Портновой

Из серии «Тайны Баку»