Нефтяные Камни — «столица» Каспийского шельфа

О.БУЛАНОВА

СССР сегодня не вызывает у большинства населения положительных эмоций. И заслуженно. Однако надо признать, что в те времена было создано много уникальных технических проектов.

Один из таких проектов — Нефтяные Камни, целый город в море. За весьма короткий срок он был возведен в открытом море, примерно в 100 км от берега, и представляет собой крупные морские промыслы, оснащенные первоклассной по тем временам отечественной техникой.

Нефтяные Камни — «столица» Каспийского шельфа. Но это не вторая Венеция — город на островах, отнюдь. Это город на сваях. Причиной создания этого уникального технического чуда была, конечно, добыча нефти. Наверное, не очень большой ошибкой будет сказать, что впервые человечество познакомилось с нефтью на Абшеронском полуострове.

И когда человечество осознало истинную ценность нефти, началась настоящая нефтяная лихорадка. Кстати, впервые в мире скважина по добыче нефти была сооружена все на том же Абшероне — в 1848 году. Конечно, скважиной в современном понимании она не являлась — это был обычный колодец, из которых нефть с небольшой глубины тогда черпали на окрестных месторождениях.

А где и когда появилась первая в мире первая буровая платформа на море? В 1949 г., в Азербайджан, в 40 км от Абшеронского полуострова, месторождение называлось… Нефтяные Камни.

Как же возникли Нефтяные Камни? Все началось в 30-х гг. Молодая страна на пути к «светлому будущему». Полным ходом идет индустриализация. В Америке — Великая депрессия, и Советский Союз скупает у них по дешевке новейшие технологии и даже целые заводы. На заводах выпускают машины, трактора, самолеты, танки. И всему этому нужно топливо. Бензин, в крайнем случае солярка.

Единственное место, где ведется нефтедобыча и нефтепереработка, чтобы получить ценнейшее топливо, — это Азербайджан, Абшеронский полуостров. Были, безусловно, месторождения и на Северном Кавказе, и в Башкирии, но это капли в море бакинской нефти.

Так что ничего удивительного в том, что лучшие ученые, лучшие инженеры, лучшие рабочие, занятые в нефтедобыче и нефтепереработке, были выходцами из этих регионов. И не удивительно, что в 40-е гг. за эти месторождения разгорались самые кровопролитные бои Второй Мировой войны.

Гитлер рвался и к Грозному (фашисты не дошли совсем немного — были остановлены под Малгобеком и Орджоникидзе), и далее к Баку, Ирану и Ираку, нефтедобыча в которых обеспечивала топливом войска союзников, в первую очередь, англичан. Планам Гитлера во всех отношениях не удалось осуществиться. Но этих месторождений для нужд советской страны не хватало, и решено было искать новые и развивать старые. Однако в окрестностях Баку уже все изрыто настолько, что нефтяные качалки чуть ли не друг на друге стояли.

А партия требует… А Абшерон не резиновый… И решено было выйти за пределы Абшерона — в море. Но не просто в море — куда ткнет палец партийного начальника, а на уже известное место Черные Камни (Гара Дашлары) — небольшую гряду выступающих над поверхностью Каспийского моря скал.

Ну, а дальше — дело техники. Хотя какая тут техника — в открытом море нефть еще никто не добывал… Впрочем, тема добычи нефти со дна морского была поднята еще в XIX в. Одним из первых инициаторов добычи нефти со дна моря являлся горный инженер В.К. Згленицкий, который 3 октября 1896 г. обратился в Бакинский горный департамент с прошением разрешить ему произвести бурение скважин на искусственном материке в Биби-Эйбатской бухте.

К своему прошению он приложил оригинальный для того времени проект, согласно которому предполагалось построить сооружение специального водонепроницаемого помоста на высоте 12 футов (до 4 м) над уровнем моря со спуском добываемой нефти в баржи. А в случае фонтана предусматривалась специальная баржа грузоподъемностью до 200 тыс. тонн нефти, которая и обеспечивала бы безопасный вывоз нефти на берег.

Кавказское горное управление отклонило его просьбу, тем не менее, признав, что дно Каспийского моря близ Абшерона является нефтеносным, и было бы желательно проверить как нефтеносность морского дна, так и опытным путем выявить техническую возможность добычи нефти и экономические условия такого способа эксплуатации.

Прошло ровно 50 лет, и в 1946 г. на Черные Камни была организована большая экспедиция Академии наук АзССР. Именно она выяснила, что разливы нефти в этом районе не случайны — под морским дном располагается большой нефтеносный слой. Через два года подготовительные работы были завершены и 14 ноября 1948 г. на Черные Камни (тогда они еще именовались так), с буксира «Победа» высадился первый десант нефтяников.

Интересно, что возглавлял этот десант Николай Байбаков, ставший буквально через месяц министром нефтяной промышленности СССР. В группу входили многие известные нефтяники: начальник объединения «Азнефтеразведка» Сабит Оруджев, геолог Ага Курбан Алиев (он удостоен на Нефтяных Камнях отдельного памятника) и специалист по буровым работам Юсиф Сафаров. Характерно, что все они были азербайджанскими специалистами — этот регион стал поистине кузницей кадров для нефтяной промышленности всего СССР. Ну и, разумеется, в состав десанта входили строители буровых вышек и инженеры-буровики.

Поначалу все строили на вбитых в морское дно деревянных сваях, но такой подход значительно замедлял темпы освоения месторождения — людям попросту негде было развернуться, да и жить где-то надо было. Решение пришло полуфантастическое — создать искусственный «остров погибших кораблей», точнее — специально затопленных. Из Бакинской бухты пригнали отслужившее судно «Чванов» и частично затопили его — чтобы не уплыло куда-нибудь. А во внутренних помещениях обустроили спальные и рабочие места.

Уже летом 1949 г. к бурению первой скважины все было готово, и 24 августа бригада Михаила Каверочкина приступила к работе. К празднику 7 ноября скважина дала первую нефть с километровой глубины, да еще в каком количестве — суточный дебит этой скважины составлял 100 т! В честь такого важного события Черные Камни были переименованы в Нефтяные и уже под этим названием вошли в мировую историю.

Поскольку опыт с «Чвановым» оказался удачным, перед бурением второй скважины к ней привели еще несколько списанных кораблей, которые и превратили в искусственный остров, условно называемый «Остров семи кораблей». Именно с этого момента можно отсчитывать «сухопутную» историю Нефтяных Камней. К сожалению, до нашего времени ни одно из тех судов не сохранилось — позже они послужили фундаментом и начальной точкой насыпной дамбы с бетонной подушкой, создание которой позволило построить на Нефтяных Камнях многоэтажные дома.

К еще большему сожалению, в числе других отслуживших свой век судов был затоплен и танкер «Зороастр» — самый первый в мире танкер, построенный по инициативе и чертежам Нобелей. Его можно было превратить во вторую «Аврору», в музей, но не превратили… Хотя, с другой стороны, это очень символично: первый в мире танкер послужил фундаментом для первого в мире нефтяного города на воде… Скважина на «острове семи кораблей», вторая по счету на Нефтяных Камнях, бурилась с конца 1949 г., а в первой половине 1950-го уже дала нефть. Причем ее количество немногим уступало количеству из первой скважины.

Стало ясно, что ученые не ошиблись, и что ставка на морское дно оказалась верна. Было принято принципиальное решение — переводить Нефтяные Камни из стадии разведки в стадию промышленной добычи нефти. Уже в феврале 1951 г. первый танкер, заполненный нефтью Нефтяных Камней, стал под разгрузку к причалу нефтеналивного порта Дюбенди.

В том же 1951 г. большая группа покорителей Нефтяных Камней была удостоена Государственной премии СССР первой степени. Два металлических искусственных острова из «погибших кораблей» было решено соединить эстакадой, возвышающейся над морем на деревянных сваях.

Чуть позже на «острова» кораблями завезли полмиллиона кубометров скальных глыб и песка, вокруг соорудили волноломы и причалы.

Встал вопрос о том, что делать с добытой нефтью — танкерами вывозить неудобно, да и не всегда можно — ведь каменную гряду никто не отменял, а пробить дыру в днище танкера никому не хотелось.

Решение оказалось простым — построили 78-километровый трубопровод к Абшеронскому полуострову, правда, это случилось лишь в 1981 г. К концу 50-х Нефтяные Камни представляли собой уже довольно крупный рабочий поселок — с двумя электростанциями, котельной, баней, медпунктом, не говоря уже об инфраструктуре по добыче и транспортировке нефти. Для рабочих были построены 16 двухэтажных деревянных бараков.

Пожалуй, единственной серьезной оставалась проблема доставки рабочих на вахту. К максимально близкой точке на краю Абшеронского полуострова — острову Артем (ныне Пираллахи), подвели железнодорожные пути и пустили по ним электричку из Баку (сам остров соединили с материком дамбой). Неподалеку разместилось и управление разработкой месторождения, и небольшой морской терминал. Время перехода по морю составляло 3 часа. Чуть позже морское сообщение наладили прямо с морвокзала Баку на теплоходе «Андога», но все же плавание было крайне утомительным (8-9 часов), особенно в плохую погоду (12- 13 часов). В шторм же оно вообще прекращалось.

Вообще-то этот район Каспийского моря относительно спокойный, тем страшнее те редкие катаклизмы, что все-таки происходят. Первым из таких был ледоход зимы 1953 г.: огромная масса льда в северной части моря откололась и начала дрейфовать на юг. Она могла просто смести Нефтяные камни. Льды бомбили и посыпали угольным порошком. Но это не помогало, погиб даже промысловый катер со всей командой, некоторые эстакады в море. «Ледовое побоище» продолжалось две недели, военные пускали в ход толовые шашки. На Нефтяных Камнях была объявлена эвакуация, нефтяные скважины было приказано заглушить.

Наблюдать за предстоящей неизбежной катастрофой остались лишь немногие специалисты. И тут случилось чудо — иначе это назвать невозможно: ветер, много дней дувший с востока, мгновенно стих, а потом, быстро набирая силу, задул с запада. Льды остановились ненадолго и поплыли туда, откуда пришли. В это время резко потеплело, и они растаяли, не дойдя до месторождений, которым нанесли огромный урон. Этот случай дал серьезный повод задуматься о безопасности морской нефтедобычи.

Однако фактически противопоставить стихии на тот момент было нечего, что привело к самой трагической странице в истории Нефтяных Камней.

Предыстория такова. Когда начали проектировать платформы и эстакады, встал вопрос, на какую высоту их поднимать. По данным на то время, высота волн у берегов не превышала 4 м. Исходя из этого, сооружения нефтепромыслов поднимали на высоту 6,5 м. В первые годы разработки шельфа такой высоты хватало, но когда глубина моря, где шло строительство, достигла 8-9 м, штормы стали заливать эстакады и площадки.

Решить проблему поручили Государственному океанографическому институту им. Н.Зубова, чьи сотрудники прибыли на Нефтяные Камни в 1956 г. Наблюдения начались, и надо же такому случиться, что именно в этот год на Каспии произошел мощнейший шторм, после которого установили новый норматив высоты свай не менее 11,6 м.

Случилось это 21 ноября. Из двух бригад, буривших скважины, одна чудом уцелела, а другая погибла вместе с площадкой. Было уничтожено около 4 км морских эстакад, 8 приэстакадных площадок, из которых шесть давали нефть уже в постоянном режиме. Пострадало и морское основание. Цена того шторма — гибель 21 нефтяника. Эта трагедия настолько поразила воображение, что один из первых памятников на Нефтяных Камнях установили именно в честь этих жертв (в 2000-х годах он был заменен на более внушительный).

Но вернемся к истории. В 1958 г началось строительство поселка. Были построены две электростанции мощностью 250 кВт, котельная, нефтесборочный пункт, очистные установки, 16 двухэтажных домов, больница, баня и т. д. К 1960 г. было построено здание Бакинского нефтяного техникума. Новый виток в развитии поселка пришелся на 60-е гг. В те времена Нефтяные Камни по праву считались гордостью СССР. Дело даже не в том, что это месторождение давало до 60% всей добытой в советских морях нефти, а в том, что это было поистине передовое достижение советской науки и техники.

Не случайно Нефтяные Камни даже посетил Никита Хрущев. Случилось это в 1960 г. Рассказывают, что он восхищался, как ребенок: советские люди покорили море! После митинга и обеда Хрущев стал выслушивать жалобы на бытовые условия и на транспортные проблемы.

И Хрущев распорядился о создании специального вертолетного отряда — по тем временам весьма прогрессивного средства передвижения. Тогда же было решено вместо деревянных бараков начать строительство нормальных многоэтажных панельных общежитий. На острове Артем был организован настоящий вертодром и туда-сюда засновали МИ-4. А под строительство многоэтажек начали бетонировать площадку — ведь ставить многоэтажки на сваи хоть и можно, но не в открытом же море.

И к 70-м гг. Нефтяные Камни обрели уже более-менее современный облик, к 1975 гг. здесь уже был хлебозавод, лимонадный цех, два 5-этажных общежития и один 9-этажный жилой корпус. Был разбит парк с деревьями. В 1976-1986 гг. было завершено строительство нефтесборных пунктов, трех 5-этажных общежитий, столовой, больницы, двух газомазутных компрессорных станций, биологической установки питьевой воды, двух подводных нефтепроводов диаметром 350 мм до терминала Дюбенды.

Последние капитальные жилые строения в советское время появились к середине 80-х. На Нефтяных Камнях впервые был основан полный цикл морских работ: от поисков нефти и газа до сдачи готовой продукции, от экспериментов в области морской техники до ее массового освоения и внедрения. В процессе ведения разведочных и эксплуатационных работ на Нефтяных Камнях была образована целая школа подготовки научных кадров.

На практике осуществлялись новейшие идеи и разработки ученых, а нефтяники приобретали профессиональный опыт и навыки в сложнейших морских условиях. Нефтяные специалисты, работающие на Нефтяных Камнях, позже отправлялись работать на месторождениях «Казахнефть», «Туркменнефть», «Дагнефть», «Татнефть», «Башнефть» и т.д. На Нефтяных Камнях впервые в СССР был апробирован метод бурения с одного основания нескольких наклонно-направленных скважин. В дальнейшем этот метод кустового бурения широко использовали на других нефтяных месторождениях СССР.

[pt_view id="501457004v"]